Администрация


Игрок сезона

Star Wars: Frontline

Объявление

28.06.2021// Добавлены новые скрипты. С полным списком нововведений можно ознакомиться в теме новостей. При возникновении вопросов, жалоб или пожеланий просьба обращаться к Креатору.


01.01.2021// Администрация SWLINE.RU поздравляет всех игроков и гостей с новым годом! Предыдущий год выдался тяжелым и долгим, так что пусть новый будет легче и пройдет удачнее для всех!


29.03.2019// Запрет на ввод неканоничной техники, Осколков и ограничение на прием некоторых персонажей. С подробностями можно ознакомиться в теме правил.


11.08.2018// Пополнение управляющего состава форума, появление кураторов Империи Руки, Осколка Империи и Мандалора. Формальное обновление правил.


08.06.2018// Дополнена тема Силы. Первого июля будет закрыт прием неканоничных видов техники без отыгрыша.


28.04.2018// Внезапное и неожиданное открытие. Также напоминаю, что слева сверху находится флажок смены дизайна. Им можно пользоваться в любое время.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars: Frontline » Не актуальное » Hear my voice, sing with the tide


Hear my voice, sing with the tide

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

Hear my voice, sing with the tide

http://sg.uploads.ru/TIrpl.png


Дата
25.08.14 ПБЯ

Участники
Джанек де Соддо, Амелин де Вейл

Место и погода
Набу. Тепло, несколько ветренно.


Описание
Военная машина Фарнаксиса прошлась по галактике карающим бичом, огнем и кровью. Пал Беспин, пал Эндор, пал Салласт и даже Эриаду. Потери Новой Республики и ее союзников колоссальны, а уцелеть остается только планетам, подчинившимся воле новых хозяев. Насильного порабощения, впрочем, ожидают далеко не все народы Известного Космоса и многие из них воспринимают прибытие Возрожденной Империи как избавление, которым можно воспользоваться для достижения своих целей...


+2

2

«Встретишься с Вейл — не забудь преклонить колено и облобызать подол ее юбки. Ведь именно ей ты обязан жизнью»
Последние напутственные слова Манд'алора Рэу Джанек тогда оставил без ответа. Крыть было нечем — свалившиеся на галактику фарнаксийцы и их императрица действительно спасли ему жизнь. И даже дали то, к чему де Соддо так долго стремился: власть над мандалорскими мирами. Не теневую, не призрачную, а вполне легитимную.
Накануне своей несостоявшейся казни, почти у самого входа в дезинтеграционную камеру, Джанек имел долгий разговор с Рэу и поначалу посчитал предложение Манд'алора дикой шуткой, издевательством над приговоренным, последний пинок ускользающей сквозь пальцы жизни. Однако, продираясь сквозь мертвое отчаяние, заполнившее его сознание до краев, Джанека грела одна мысль — о Вииле. Он тогда уже знал, что эта девушка — дочь Рэу. Что именно она явилась ключевой фигурой в операции по разгрому Нового дозора. Что она каким-то таинственным образом была связана с республикой и джедаями... особенно той сухолядой джедайкой, которую Джанек так и не смог арестовать... Но все это было уже не важно.
Защитники уходили тайными гиперпространственными тропами, оставляя после себя на Мандалоре пустыню, прах и тлен. Из своего нового кабинета Джанек наблюдал, как снимались корабли, унося с собой все краски жизни... и казалось, весь кислород из атмосферы.
Да плевать на Защитников! Но с ними уходила Виила — навсегда. С ее уходом Мандалор показался графу не живее, чем космический астероид.

***
Фарнаксис спас ему жизнь, и он же ее заберет. Последнее утверждение Рэу не высказал словами. Оно витало в воздухе, оба это понимали. Условием этого неожиданного спасения было мнимое предательство графа. Задача де Соддо заключалась в том, чтобы не дать оккупантам уничтожить население сектора, его производства и инфраструктуру. А также закрывать глаза на то, что внушительная часть продукции предприятий Мандал Моторс будет попросту исчезать — теми же тайными гиперпространственными тропами, какими ушли лучшие из лучших.
Оставив после себя тлен, прах и «дозоровское отребье». Именно так выразился Визсла... ха! Чей бы банта мычал...

Ваше сиятельство. Фарнаксис подтвердил код, — доложили ему по внутренней связи. Корабль хищной раскраски и форм, с знаком Дозора на борту, совершил посадку в одном из доков космопорта в предместьях Тида. Аппарель плавно опустилась, Джанек ступил на нее с некоторым содроганием. Хотя предварительные переговоры оказались достаточно мирными (никто из «послов Дозора» во время них не пострадал и даже не отправился на казнь или в трудовой лагерь, коими уже кишели захваченные Вечной Империей миры), граф все еще сомневался, не встретит ли его турболазерный залп.
Всем оставаться на борту, — приказал он. — Я не король, мне свита без надобности.
В отличие от бойцов сопровождения, де Соддо был одет в гражданский костюм. Никакой брони (кроме облегченной нательной), два бластерных пистолета в подмышечных кобурах, тугой воротник рубашки, на манжетах которой блестели запонки в виде знака Галактической империи*.
Он спустился вниз в одиночку, аппарель поднялась за его спиной.
«Добро пожаловать на Набу, парень. Неплохое место для последнего ужина. Все лучше, чем бункеры Рэу».

*

http://s8.uploads.ru/t/1qTrj.jpg

+2

3

Корабли, доселе невиданные и невообразимые, с широкими крестообразными носами, выныривают из черных облаков и снова скрываются в их тени, словно огромные, жуткие левиафаны, которые тщетно пытаются остаться незамеченными. Через несколько минут на землю опускаются первые капли холодного дождя. Воздух наполняется запахом мокрой травы, раздаются раскаты грома, видны белесые вспышки молний. Но корабль графа де Соддо уже сел в одном из старейших ангаров Тиида — крупном, потрескавшемся здании с куполообразной зеленой крышей, не застав разразившуюся снаружи бурю.
Внутри сновали многочисленные техники в знакомых многим туристам коричневых кожаных куртках. Взад-вперед ходили многочисленные дроиды, эхом по каменным стенам раздавался негромкий гомон человеческих голосов. Работяги быстро присоединили к кораблю гостя топливный шланг, пополняя устаревшие запасы топлива, которым ему придется воспользоваться, если из строя выйдет основной генератор энергии.
Это место, крупнейший набуанский ангар, хранило свою прежнюю беспокойную атмосферу, какая царила здесь всегда. Если не считать висящих на колоннах черно-золотых флагов с символикой Возрожденной Империи, можно было бы подумать, что ничего тут и не произошло. Не прилетели незваные гости, не сломили оборону планеты и не заставили подчиняться местную королеву... Ну, как заставили. В отличии от Торговой Федерации, которой, в ее время, требовалось разрешение сената и кипа бумаг, Возрожденная Империя совершенно честно сказала, что Набу превратится в оплавленный кусок камня, если не подчинится. И сенатор Бома, игнорируя настойчивость королевы, благополучно объявил о выходе Набу из Новой Республики.

У трапа Джанека встретила дюжина гвардейских дроидов — позолоченных металлических скелетов с ростовыми щитами и световыми пиками в руках. Красные глаза оглядели мандалорца с ног до головы, и, сопоставив увиденное с имеющимися базами данных, расступились в стороны, образовав по обе стороны от него непроходимую стену щитов. Один единственный дроид аналогичной модели, видимо протокольщик, приглашающе кивнул гостю, предлагая ему следовать за собой.
На выходе из ангара один из дроидов любезно предоставил графу зонт. Удивительная вежливость от существа, похожего на человеческий скелет и издающего совершенно жуткий клацающий звук при ходьбе.
Улицы Тиида остались нетронутыми. Планета сдалась без боя, увидев легионы металлических монстров, пришедших дать выбор. Подчиниться или умереть. Люди были испуганы и подавлены, но сыты и живы, а жизнь шла своим чередом. Инженеры заботились о генераторах, доктора сидели в медпунктах, пекари готовили хлеб.

Как и город, королевский дворец совсем не изменился. Колоссальных размеров здание на краю обрыва с водопадом, с округлыми башнями и стенами.  Внутри нервно ходили фрейлины и слуги аристократов. Да и сами аристократы, не похоже, что шибко пострадали от смены лояльности — все такие же пузатые, надменные, в платьях и робах смотрели задрав нос на гостя, которого вели в тронный зал гвардейские дроиды со щитами наперевес.
В тронном зале было прохладно. И удивительно тихо. Комната с высоким сводом и крупными темно-желтыми колоннами была пуста. Не считая юной, на вид, девушки, сидящей за столом, на фоне которого ее и без того мелкие конечности казались еще меньше и незначительнее.
Стоило Джанеку войти внутрь, как ворота за его спиной закрылись, а дроиды, сопровождавшие его, разошлись, встав вдоль стен.
Знаменитая "императрица де Вейл", которой успели приписать что угодно, включая пожирание тысяч младенцев и создания триллионов трудовых лагерей, выглядела... Не столь угрожающе, сколь ее малевали. Тонкие маленькие ручки, такая же шея, небольшая голова и копна темных, небрежно-причесанных волос. Любой аристократ, знающий правила наследования власти, в первую очередь с удивлением подумает о том, как эта девочка умудрилась взгромоздиться на трон в своем возрасте, ибо на вид ей, от силы, было лет семнадцать. Сама девочка, тем не менее, смотрела на вошедшего мужчину не как ягненок на волка, а как огромный огнедышащий дракон на человека без подвохов и скрытых функций организма.
Спустя считанные мгновения ее взгляд стал мягче. Перестал быть суровым, превратился в то ли оскорбительно-безразличный, то ли просто спокойный.
Вы думали я выше ростом, — попыталась предугадать его мысли Амелин. Тонкий девичий голосок отдавался эхом от каменных стен тронного зала. — И старше. Или не думали обо мне совсем? Говорите честно, граф, ибо вопрос этот не риторический. Мне интересно, как меня представляют люди на Старых Звездах.

Отредактировано Amelin de Veil (2019-05-28 23:10:18)

+2

4

— Я думал, вы дроид, ваше... величество.
Последнее слово Джанек произнес с несколько вопросительной интонацией, Встреча проходила вне рамок придворного протокола, так что графу никто не предоставил сведений, как следует обращаться к императрице.
Джанек сам был похож на дроида, застыв на середине залы, обрамленной золотом искусственных созданий живого разума. Несмотря на зонт и короткий переход к встречавшему его флаеру, порыв холодного набуанского ливня все-таки успел мазнуть по его костюму, где не было никаких знаков различия, никакой принадлежности к государственным организациям Мандалора. Несколько уцелевших капель дождя тускло блестели на левом плече, медленно испаряясь с поверхности ткани глубокого серого цвета.
Девочка на набуанском троне... Когда-то точно такая же девочка стала косвенной причиной неисчислимых бед галактики, хотя руководствовалась лишь благими намерениями и следовала своей природе. Странно, что живописная и мирная планета, которую с полным основанием можно было назвать раем — стала первым звеном в кровавой цепочке галактического конфликта... и эта давняя история страстно желала повторения.

Джанек переступил с ноги на ногу и снова замер на месте. Какой ответ она от него ждет?
Люди и прочие экзоты в той части галактики, какую вы называете Старыми Звездами, в своей массе имеют небогатую фантазию, — продолжил он, чеканя слова, как будто докладывал на военном совете. Странно было слышать такую интонацию по отношению к сугубо философской и эмпирической теме.
А знаки плюс или минус они присваивают исходя из своих личных субъективных оценок.
Они! Как много скрывалось за этим коротким словом, которым Джанек сплеча отделил себя от остального человечества. Обещание верности, неутолимая жажда власти, неприязнь к соплеменникам и скрытое превосходство над ними. Целый спектр эмоций неуловимо и мгновенно пронесся в его сознании.
Де Соддо сделал шаг к дальнему концу стола, выложил на массивную столешницу инфочип.
— Здесь документ о предварительном согласовании акта безусловной капитуляции мандалорского сектора перед Вечной Империей, — Джанек наклонил голову, затем снова поднял глаза на сидевшую перед ним правительницу.
Документ подписан влиятельными членами Совета Кланов и будет единогласно утвержден на ближайшем заседании.
Единогласно... а в этом слове прозвучал уже неприкрытый цинизм, который Джанек не смог скрыть даже перед лицом средоточия галактической власти. За эти несколько месяцев политическая ситуация на Мандалоре несколько трансформировалась. Гражданский Совет, при Рэу являвшийся лишь марионеточным псевдо правительством, был переименовал в Совет Кланов, куда помимо знати Новых мандалорцев, вошли и представители военных кланов. Те, что остались после ухода Защитников. Как бы ни старался Аран Рэу представить Мандалор эдаким идеальным государством благородных воинов, чуть ли не рыцарей бескара и джетпака, на самом деле все обстояло совсем не так радужно. То самое «отребье», почуяв праздник на своей улице, теперь жадно рвалось к власти, к производственным мощностям Мандал Моторс, к возможности выйти из тени ушедших лидеров. Мало кто из оставшихся всерьез горел патриотизмом. А тех, кто горел... оставалось все меньше и меньше.
Джанек непроизвольно дернул уголком плотно сжатых губ.
Единогласно, ваше величество, — повторил он. — Я лично обеспечу, чтобы никто из моих соотечественников не задавался вопросом, на каких условиях Мандалор станет вассалом Вечной Империи.
В последней фразе, как начинка у сладкого уджа, угадывался вполне конкретный вопрос. На каких же условиях? За ответом на этот вопрос Джанек прилетел на Набу. Почти в одиночку, практически безоружным. Политическая казуистика давалась ему тяжело, и тот же принц Меррик дал бы сто очков вперед своему конкуренту по подковерным интригам... но у Джанека был несомненный козырь: военная сила и органы внутренних дел. И Шойсу лишь оставалось шипеть как беззубый варан, затаившись в Сандари.

+3

5

Взяв в пальцы чип, девушка покрутила его, оглядывая заинтересованным, но спокойным взглядом. Воистину варварское, допотопное устройство! В Фарнаксисе от физических носителей информации отказались еще пару тысяч лет назад и сейчас держать в руках то, что на родине считается вымершим символом темных времен, для Амелин было как минимум необычно. Как необычно было испытывать что-то кроме скуки в целом.
Несколько мгновений она молчала, разглядывая чип. Затем положила его на стол и перевела взгляд в глаза своему гостю.
Аран сдался? — Задала она неожиданный, быть может, вопрос, вспоминая все, что ей напели "птички" об этом человеке. Непреклонный, суровый, отважный, справедливый, но в то же время дипломатичный. Он создал Мандалор из обломков и пепла. По слухам, он располагал силами достаточными даже для того, чтобы воевать в чужих войнах. Когда речь заходила о мандалорцах, Амелин думала о жесточайшем сопротивлении и массовом кровопролитии.
Пока ей на стол не положили свидетельство их капитуляции.
Присядьте, сир, — Амелин указала ладонью на единственное кресло, стоящее напротив стола и откинулась в своем. Это кресло Бомы — сенатора от Набу, жирного, огромного гунгана. А потому сейчас раскинувшаяся в нем девушка выглядела весьма мелкой и незначительной.
Условия капитуляции и режим того, что вы зовете оккупацией, очень прост. Быть может, даже проще, чем должно быть. Фарнаксис предоставит Мандалору все то, чего ему только не хватало. Пищу, жилье, ресурсы и даже оружие. Взамен мне нужна территория. И, конечно же, дружба. Я постараюсь сделать все, что от меня зависит, чтобы Мандалор получил то, чего хочет.
Ткнув чип пальцем, Амелин медленно провела им по поверхности стола и скинула его на пол. Договоры? Предложения? Она пришла не с цепями, но с возмездием. И, к счастью мандалорцев, не за возмездием их культуре.
Мандалор не вступит ни в какие войны против Фарнаксиса, не заключит торговых и оборонных пактов со всевозможными формами республик и империй, не будет поставлять врагам Фарнаксиса никакие товары и ресурсы ни тайно, ни открыто. Лидер Мандалора, которого поддержит Фарнаксис, будет обязан следить за порядком на улицах. Не сеять тиранию, но подавлять очаги мятежей и партизанских движений. Он станет новым щитом своей нации. Гарантом ее существования. Если же он не справится со своей задачей...
Девушка сделала паузу. И следующие слова произнесла также спокойно и безразлично, как и предыдущие.
То Мандалора больше не станет. Вся нация умрет медленной, мучительной смертью, корчась в предсмертных агониях. Я использую такие виды химического и биологического оружия, о каком вы даже не слышали. Целые поколения вы будете вымирать, наблюдая, как у вас рождаются бесплодные мутанты и животные. Я сожгу все памятники и все дворцы, я сожгу все архивы, в которых есть упоминание Мандалора и его культуры. Спустя несколько недель от Мандалора, который жил десятки тысяч лет, не останется даже упоминания. Такова цена предательства моего доверия. Если народ Мандалора ценит битву за свободу выше моих подарков, то он получит битву за свободу. И он ее не выиграет. Поверьте мне.
Выдохнув, Амелин поудобнее устроилась в кресле и мотнула головой, отчего темный локон выбился из копны ее волос и упал на ее лицо.
Если Мандалор откажется от таких условий, я пойму. Можете не беспокоиться за свою сохранность, граф. Фарнаксис не прикасается к чужим дипломатам. Скажите мне лучше вот что. С чего Вы взяли, что Фарнаксису в целом есть дело до Мандалора?

+2

6

Аран сдался?
При этих словах лицо графа, и без того каменное, без единого проблеска эмоций, совсем заледенело. Казалось, еще чуть-чуть, и он пожмет плечами с недоуменным выражением: дескать, кто такой Аран?
Мандалор Рэу предпочел добровольное изгнание, — доложил Джанек тем же самым тоном, каким несколько минут назад докладывал императрице о специфических особенностях мышления человеческого рода из известного космоса. Ледяной, сухой тон... с еле заметным проблеском злорадства.
Не дерзну утомлять ваше величество малозначительными нюансами мандалорских обычаев, — продолжил он, садясь в предложенное кресло, причем умудряясь сохранять все ту же напряженную и прямую позу. Можно сказать, сел по стойке смирно. — Лишь замечу, что культура наших воинов предполагает кочевой образ жизни, и такое решение не является чем-то выходящим за ее рамки. Мандалор Рэу — в первую очередь предводитель воинов. Государственная же структура, созданная сейчас на Мандалоре, не выделяет никакую часть общества в качестве приоритетной.
Он проследил взглядом за полетом чипа, встретился глазами с Вейл, опустил взгляд и чуть наклонил голову. Капитуляция была принята.
Не всем мандалорцам по нраву постоянная военная риторика, — пояснил Джанек уже менее официальным тоном. — И эта часть общества всецело примет решение Совета Кланов о капитуляции. И как я уже сказал, никто из здравомыслящих граждан не потребует от Совета информации об условиях. Тем более если эти условия будут вполне приемлемыми и почти незаметными для населения. Порядок и мир в секторе будет обеспечен моей службой. Эта служба будет единой и неделимой. Потомственные военные, называвшие себя Защитниками, перейдут в нее... или сложат оружие. Это не означает, что армия исчезнет. Она просто переквалифицируется на решение внутренних проблем мандалорских миров и не будет искать себе врагов извне, чем занималась доселе.
— Более того, — продолжил он после небольшой паузы, во время которой рассматривал лежащий на полу инфочип. — Если где-то за пределами сектора вдруг появится деструктивная организация беглых мандалорских граждан, выбравшая... как вы сказали — битву за свободу, вашему государству не нужно будет заботиться о ее ликвидации. Это сделает моя структура, которая будет иметь некоторое количество отрядов специального назначения.
«Карательных», добавил он про себя. Снова пауза. Граф поднялся со своего места, сделал шаг к лежащему чипу и наклонился, встав на одно колено — все с той же прямой спиной и каменным выражением лица. Только в таком положении задержался на секунду дольше, чем требовалось, чтобы просто подобрать чип  с пола.
Быстрый взгляд на Амелин, и Джанек поднялся. Документ в чипе фактически являлся присягой Вечной Империи  Мандалора как государства. Жест же графа — его личной присягой.
С чего Вы взяли, что Фарнаксису в целом есть дело до Мандалора?
Присяга была принята. Однако Джанек счел нужным ответить на этот вопрос буквально:
Я не могу заявить о полном нейтралитете Мандалора в последние десятилетия нашей истории, не солгав вам, ваше величество, — с некоторой грустью в голосе произнес граф. — И, боюсь, что название нашего недавнего союзника вполне могло навлечь на нашу родину упомянутые вами неисчислимые беды.

+1

7

Вы настаиваете на том, чтобы заниматься беглыми радикалами самостоятельно, граф? — Поинтересовалась как бы невзначай Амелин, откинувшись на троне и сложив в замочек пальцы рук где-то на уровне живота. — Если Вы считаете, что справитесь с этим, то пусть будет так. Цену предательства и ошибки Вы знаете. Я уверена, что у Вас нет ни малейшего повода думать, что я шучу или говорю неправду. Аран, его дочь, и, кажется, леди Крайз видели, во что превратилась Бакура. Это было не мое желание, но вынужденная мера пресечения. Надеюсь, Вы понимаете.
Девушка едва-заметно улыбнулась. А после и вовсе расплылась в довольной улыбке. Крики горящих еретиков и лязг их допотопных уродливых машин для нее был словно чарующая, неземная музыка прямиком с небес. Планету в буквальном смысле залило жидким огнем — турболазеры превратили горную породу в расплавленное, опасное нечто, которое быстро растеклось по всей Бакуре словно очищающая волна, оставившая за собой только пепелище и полурасплавленные скелеты.
Сонливо поморгав, Амелин смыла улыбку со своего лица и неглубоко вздохнула.
Прошу, граф, забудьте слово "капитуляция", — как и доселе вежливо попросила она, — Вы — не манд'алор и его дочь, которые и развязали кровопролитие на Бакуре. Вам не нужно унижаться и кланяться передо мной. По крайней мере до тех пор, пока Вы сами не решите, что Вам это нужно. Давайте назовем это, мм... Дружбой между Фарнаксисом и Мандалором, инициатором которой стали Вы и которую впоследствии возглавила я. Не верьте тому, что говорит обо мне пропаганда — я не собираюсь терроризировать людей и устраивать массовые расстрелы.
Подняв руки на уровень лица, Амелин пару раз хлопнула быстро хлопнула. Массивная дверь тронного зала скрылась в стенах и в помещении появился обыкновенный фембот с подносом, на котором стояла бутылка вина и два бокала. Благодаря Лебедю, Амелин могла бы приказать дроиду появиться и без каких-либо движений, однако показывать графу все свои секреты было бы как минимум глупо.
Поставив на стол два бокала и разлив по ним вино, фембот удалился. Чтобы взять один из бокалов, девушке пришлось привстать с трона.
Вы в Старых Звездах выпиваете за что-то? Например за что-то хорошее? — Улыбаясь, поинтересовалась девушка. — Например за... Дружбу, или союзы?

+3

8

Вы настаиваете на том, чтобы заниматься беглыми радикалами самостоятельно, граф?
Сочту за честь, если мне будет доверено охранять государственный строй от посягательств ренегатов, — Джанек не уточнил, какой именно строй и какого именно государства. Он снова занял свое кресло напротив императрицы. Такое доверие стоило дорогого. В разговоре с Араном перед его уходом на какие-то одному ему известные запасные космодромы, они договорились, что Джанек будет иметь возможность создать некую про-фарнаксийскую активность. Предполагалось, что на алтарь всеобщего выживания Мандалора будут брошены жертвы... те самые радикалы, которых граф все предыдущие годы старательно взращивал под кровавой эмблемой Нового дозора. В том, что часть мандалорцев будет активно препятствовать новой власти, никто из них обоих не сомневался.
Леди Крайз, раз уж вы упомянули радикалов, — раздумчиво начал Джанек, вертя чип в пальцах, — как и вся ее семья, обладают несомненным талантом притягивать к себе глобальные несчастья одним своим присутствием.
Упоминание о Вииле больно резануло его сознание, и граф тут же поспешил отвлечься от осознания своей потери. Потери, где даже еще ничего не было приобретено. Лишь несколько мимолетных встреч и одно единственное свидание, уже после заключения де Соддо под стражу.
Может быть, вы сочтете это забавным, но сия почтенная дама, еще будучи юной, подающей надежды демократкой, некоторое время жила на печально известном Альдераане. И как ни странно, успела покинуть обреченную планету до того, как ее постигла катастрофа. Как и Бакуру...
Джанек вздохнул. Слитая ему одним из шпионов в доме Мерриков тайная переписка принца с Яном Визслой гласила, что Лоре удалось избежать покушения и на Корусанте. Чем его высочество были весьма недовольны, и изволили комично гневаться, сетуя на непомерные суммы, отправляемые на тайные счета Дозора. «Взорвать ее такси, это все, на что ваши люди способны!» — возмущался Меррик, используя тщательно закодированный шрифт, который плохо передавал все оттенки его язвительного тона.

Тем временем, дроид расставил бокалы с вином, и Джанек вдруг неожиданно подумал, что его рубиновый цвет удивительно напоминает кровь.
Есть забыть слово «капитуляция», — на лице графа впервые появилась расслабленная улыбка. — Угодно ли вам считать ее сотрудничеством, ваше величество?
Сотрудничество! А не террор и расстрелы, и нескончаемые казни на Эриаду, где в отличие от Набу, население не прониклось идеями чужаков. Странно было слышать такие мирные, почти убаюкивающие речи от той, кто приказал превратить бакурскую цивилизацию в обугленный труп...
Наши обычаи, возможно, не так уж диаметрально отличаются от ваших, — дипломатично отозвался граф, поднимая свой бокал. Судя по букету, вино вылеживалось в набуанских погребах не одно десятилетие, ожидая милости явиться на стол к монаршей особе с далеких миров.
Мы пьем за дружбу, ваше величество, — подтвердил Джанек. — И закрепляем заключенные союзы не только подписью участников. Этому ритуалу следуют даже там, где царят святые демократические ценности, и где считают мандалорцев варварами, одновременно принимая нашу помощь, но при этом не забывая указать нам наше место в галактической истории. Надеюсь, что вклад Мандалора в новую эру позволит нашим гражданам занять подобающее место в ней.
Он отсалютовал бокалом, глядя на императрицу поверх его хрустального края — прямым, спокойным взглядом.

+3

9

Распитие алкоголесодержащих напитков — отнюдь не признак варварства. Особенно если это не перерастает в беспробудное пьянство.
Отпив из бокала, девушка проглотила горячую сладковатую жижу и снова убедилась в том, что алкоголь ей не по душе. В Фарнаксисе люди предпочитают получать удовольствие как от еды, так и от напитков. Амелин никогда не воспринимала еду и питье как нечто иное, кроме топлива для ее плоти. Поэтому и ест она только то, что сытно.
А понятие святости, граф, очень растяжимое, но совершенно ненужное. — Она поставила бокал на стол, прищурилась и даже поморщилась. — Для мандалорцев воевать — это святое. А для всей окружающей галактики святое — это отрицать их право на войну. Наличие святых, нерушимых традиций — далеко не то, что нужно прогрессу. Я хочу показать людям, что есть вещи, которые устарели. Как традиция мандалорцев воевать. Следующая их война станет для них последней. Мой долг — спасти людей от мракобесия и ошибки, которуе они рискуют совершить.
Амелин погрустнела, глядя на стол перед собой.
Меня запомнят как тирана и агрессора, но... По крайней мере я сама буду знать, что уничтожив сотню рас, я привела к просвещению тысячи. Мои методы не отличаются от методов хозяев Старых Звезд, но моя цель верна и благородна.
С тихим вздохом и появившейся на ее губах улыбкой, она откинулась в большом кресле, поставив бокал с вином на подлокотник.
Я даже не собираюсь здесь править. И интерес о мнении людей обо мне был чисто научный, нежели политический. Не более, чем через год я и мои силы покинут Старые Звезды. Можете сделать вывод о том, как быстро будут развиваться события и как скоро этот хаос закончится. Как и осознать, что я действительно пришла не для кровопролития. — Амелин помедлила. — Слова громкие и верить им нет не малейшего повода. Не волнуйтесь, скоро и сами все увидите. Мы уже подарили Беспину новое оборудование для добычи газа и подарили наместнику Набу новейшие установки для добычи минералов. Все получают то, что заслуживают. Я собираюсь посетить Эриаду. Можете сопровождать меня на этой встрече. Если хотите убедиться в правдивости моих слов.

+2

10

Слова громкие и верить им нет не малейшего повода.
Нет, отчего же, — на лице графа отобразилось некоторое беспокойство.  — Отчего же, ваше величество. Вера в большинстве случаев основывается вовсе не на каких-то духовных качествах, а на логике, информации, индивидуальном и коллективном опыте, на здравом смысле, в конце концов.
Джанека немного испугал завуалированный упрек в недоверии. Не то чтобы он сомневался в сказанном, как раз наоборот. Все укладывалось в оккупационную логику. Ни один здравомыслящий захватчик не будет объявлять о том, что он пришел для уничтожения всего живого. Спасение галактики — великолепный повод, чтобы взять власть в свои руки...
Джанек перевел взгляд на узкое, почти прозрачное запястье. Императрица держала бокал легко и непринужденно но в то же время было ясно, что ее изящные пальчики охватывают узкую хрустальную талию достаточно крепко, чтобы коварное стекло не выскользнуло из ее хватки. Какой символизм! Надави чуть сильнее, и оно рассыплется... поранив нежную руку до крови. Возможно, даже нанесут серьезное повреждение — не смертельное, но обидное. Ослабь хватку, и бокал разобьется сам собой, повинуясь неумолимым законам физики. Общественный строй, природа разумных существ не менее хрупка, и не менее опасна, и подчиняется таким же непреложным законам бытия.

Впрочем... Эти сравнения могли бы прийти на ум Меррику. Джанек же просто разглядывал ее руку, а мысли бухали в черепной коробке турболазерной канонадой.
«Через год они уйдут, оставив наместников. Очень умно. Почти то же самое, что сделал Рэу. В масштабе Мандалора. Ресурсы, ископаемые — пойдет нескончаемым потоком в миры Фарнаксиса. А здесь будут надсмотрщики. Логично. Это твой шанс, парень. И на Эриаду ты полетишь. С ней... Это уже не мандат для местного применения. Это пароль доступа в галактическую элиту. Все получают то, что заслуживают. Рэу обещал мне дезинтегратор, эта девочка может подарить мне власть... вино слишком сладкое».
Джанек стиснул свой бокал так, что если продолжать художественные сравнения, тот уже готов был придушенно хрипеть, или как минимум треснуть у основания. Но чудом остался цел.
Я готов лететь на Эриаду, ваше величество, — граф осторожно поставил бокал. — Но не для того, чтобы увериться в ваших словах. Я...
она чем-то напоминала Виилу.
Тонкие запястья, тонкая шея —  и железная хватка, железная воля
...
Я уже сказал, что все, что вы предлагаете — огромная честь и великая ответственность. И все одинаково важно. Прошу прощения, если высказываюсь слишком... путано. Я не политик. Мандалорцы никогда не были хорошими политиками. Во всяком случае, не такими же хорошими, как воинами. Не сочтите за дерзость...
Джанек нахмурился. Она упомянула о «Манд'алоре и его дочери». Хотя Джанек усиленно стирал из своего сознания все мысли о семье Рэу, вычеркнуть Виилу было не так просто. Власть несбывшегося — худшая участь для несостоявшейся любви.
Вы упомянули Манд'алора и его дочь. О том, что они явились причиной кровопролития на Бакуре в частности, и возможно, причиной бедственного положения целых миров галактики. Значит ли это, что  мандалорцев снова назначат бесчувственными злодеями?
Ему страсть как хотелось знать подробности инцидента на Бакуре глазами противоположной стороны переговоров, но высказать вслух свою любопытство граф не решился. Только улыбался вежливой улыбкой... точнее, ему лишь казалось, что вежливой. Мучительный оскал. Разговорами о Вииле он только вонзал себе кинжал в сердце еще глубже, но вместо того, чтобы прекратить бессмысленную боль, граф с каким-то садистским удовольствием поворачивал этот кинжал в еще кровоточащей ране.

+1

11

Добро и зло — понятия относительные, а то, что относительно — субъективно. Объективным бывает прогресс и регресс. — Не отмечая вслух напряженной улыбки графа, ответила Амелин. — Прогресс общества, прогресс науки... И объективно есть те, кто стоит на пути прогресса или регресса. Одним надобно пособствовать, а от вторых нужно избавиться, как от вредных насекомых.
Ответ туманный. Но что поделать. Амелин не знала, какой будет реакция Джанека на правду. Правду, выкинутую ему на лицо, словно лавина, а не поданную ему вежливо и уважительно, как пальто.
Мандалор и его население я, с позволения сказать, считаю уникальной культурой. История Мандалора — мясорубка галактических масштабов. Но, при том, они пережили республику и бесчисленное количество разнообразных империй. Удивительный народ, который игнорирует политику, игнорирует правила и при этом умудряется выживать... Я бы сказала, что это вызывает мое восхищение, но, увы, граф, я не привыкла лгать и лицемерить, а Мандалор у меня не вызывает ничего, кроме научного интереса. Не считайте мое прохладное отношение выражением пренебрежения или негативных чувств.
Юная девочка, говорящая столь заумными словами. Интересно, догадается ли о чем-нибудь сидящий напротив нее человек?
Она поставила бокал на стол и кивнула на бутылку.
Налейте мне. И себе. И выпейте поскорее.
Дождавшись, пока граф исполнит ее волю, девушка неглубоко вздохнула.
Дочь Арана — джедайка, и на Бакуре вступила с другими джедаями в подлый сговор. — Заговорила Амелин, спокойно глядя Джанеку в глаза. — Я об этом узнала, когда мои дроиды провели раскопки на Бакуре и извлекли записи с камер башни торгового центра. Именно дочь Арана атаковала мой шагоход, спровоцировав его на контрмеры. Контрмеры, увы, оказались... Чуть более прямолинейными, чем ожидали джедаи.
А вот теперь пришло время выкатить на стол правду.
И как Вы думаете, граф, зачем мне рассказывать об этом кому-то, нарекая своих собственных союзников "бесчувственными злодеями"? Это был бы не самый умный ход с моей стороны. Напротив... Джедайка напала на мои войска, поэтому именно по вине джедаев представительница демократического Мандалора, Лора Крайз, случайно попала под огонь. Разве "джедайка" звучит в этом рассказе хуже, чем "мандалорка"? Я так не считаю.

+2

12

Бокал все-таки треснул.
Джедайка? — Джанек, не скрывая изумления, смотрел на Вейл и неосознанно стискивал пальцы на опустевшем бокале, пока тот не подался под этим давлением. Треснул, но не разбился. Чудеса... какое-то закаленное стекло, думал граф каким-то уголком своего сознания. В этом уголке до поры до времени спрятались все холодные умозаключения, логика и здравый смысл. Именно оттуда разум, еле сдерживая удила эмоций, пытался управлять мыслями де Соддо. Мыслями, реакциями и действиями. Получалось плохо.
Простите.
Он машинально поставил бокал на столешницу, почти не чувствуя своих рук. И звяк стекла донесся до него издалека, как будто стол был на расстоянии парсека, а не прямо перед ним.
В мозгу бушевал бешеный ураган, и тем разрушительнее он становился, тем более невозмутимым казался граф. Казался не постороннему наблюдателю, а самому себе. Он почти физически ощущал, как превращается в камень сердце, а душа испаряется подобно капле росы от жгучего утреннего луча.
Известие обожгло его, растоптало остатки надежды, огненным мечом вырубило кусок сердца — там где оставалась Виила.
«Джедайка... вот что, оказывается, значит ее появление в кантине. И почему Эфа потерпела поражение, почему проваливались операция за операцией. Ложь... все ее слова, взгляды и последняя встреча — ложь, от первого до последнего слова.»
Граф почувствовал, что на окаменевших скулах разгорается алый багрянец. Она копалась в его мозгах, в мыслях! Она все знала, все его помыслы, эмоции... чувства! Видела, использовала в своих целях... или даже нет, не только она лично. Винтик, гайка, частичка лживого и отвратительного механизма, зовущегося орденом джедаев. Они направляли ее действия, смотрели ее глазами, слушали ее ушами — особенным, внутренним слухом и зрением. Шпионка Республики, дочь Манд'алора... Гаже и быть не может. И главное — все правда, все сходится, все части этой грязной игры.
Он поверил императрице. Поверил сразу и окончательно — слишком складно все становилось. Аран уже стал джедайской марионеткой, а с ним и Защитники. Но существовал Дозор... и джедаи нанесли свой точный удар: по его лидеру. О силы небесные... он смотрел на нее глазами щенка! Глупого, слюнявого щенка, которому показали кусок сахара. Виила! Да весь клан Крайз, вместе с Алмеками, Мерриками и прочим сандарийским серпентарием — просто овечки по сравнению с этой матерой поганью, галактической плесенью. И Виила оказалась одним из ее отвратительных детищ.
Это может показаться иронией, но вы действительно спасли галактику, — глухо сказал Джанек, невидяще рассматривая уже знакомого ему протокольного дроида, который ловко заменил бокал на новый.
И я уверен, что спасете наших потомков от джедайской заразы.
Он взял бутылку и разлил новую порцию вина по бокалам. Рука не дрожала, только движения стали чуть более механическими, как у дроида.
Лора Крайз повторяет ошибку своей знаменитой родственницы, — с кривой ухмылкой продолжил де Соддо, подавая один бокал Амелин. — Эту семейку тянет к джедаям как магнитом, но ни одному мандалорцу джедаи не принесли ничего кроме смерти. Джедаи устроили Иссечение, джедаи клонировали мандалорцев, бросали их на убой как бездушное мясо, джедаи устроили провокацию с помощью мандалорки на Бакуре... я уверен, что атака, о которой вы говорите, не явилась единоличным решением Виилы Рэу. Ее спровоцировали, натравили на ваши отряды... как цепного стрилла. Чтобы потом преподнести всей галактике как еще один факт против Мандалора.
Джанек задохнулся от гнева. Гнева и тоскливого безысходного чувства окончательной потери. Виила для него даже не погибла — она исчезла, как исчезают образы волшебного сновидения. И как события сна мгновенно стираются из памяти после пробуждения, так и она сейчас уходила все дальше и дальше.
Граф осушил бокал и, казалось, впервые после услышанного известия вздохнул свободно.
Вы хороший хирург, ваше величество, — сказал он, глядя в нечеловеческие, слишком взрослые глаза хрупкой девочки на троне. — Кровь и боль не всегда абсолютное зло. Иногда они являются единственной надеждой на спасение. Галактическому организму нужен был хирург. А хирургу нужны хорошие инструменты... что я должен делать, ваше величество?

+2

13

Раскинувшись в кресле и сложив пальчики "домиком", Амелин на несколько секунд призадумалась, сощурившись. От нее не ускользнула реакция графа на ее слова.
Но на какие именно?
Во-первых — успокойтесь. У Вас губы побелели.
С ленцой поставив на стол бокал, она цокнула языком об верхние зубы, значительно помедлив. Так медлят, когда хотят что-то услышать. Но текущая итерация Амелин, будучи не совсем человеком, передавала мимику и жесты со значительным искажением. На деле же она скорее думала что сказать ей самой, нежели ожидала слов Джанека де Соддо.
Ну, а во-вторых...
Ворота в тронный зал с тихим шипением скрылись в каменных стенах замка Тиид. Шестеро уже знакомых графу золотистых дроидов-скелетов с ростывыми щитами и пиками вошли внутрь, возглавляемые седьмым, "интендантом", лишенным оружия, но украшенным длинным алым плащом.
Я уже предложила Вам визит на Эриаду. Причины, по котором я хочу явиться туда в сопровождении аристократа Старых Звезд, предельно просты. Я хочу, чтобы люди Эриаду видели, что я могу не только карать. Что за пределами их мира я обзавожусь новыми союзниками. Что, при необходимости, я обойдусь и без их дружбы. — Она выдержала дипломатичную паузу, чтобы Джанек в полной мере осознал ее мотивы и приготовился к тому, что она скажет дальше. — Кто-то присоединится ко мне и Вас будут считать прозорливым правителем. А кто-то из чужеземцев наречет Вас предателем. Этот ярлык может распространиться весьма и весьма далеко. Поэтому если Вы откажетесь...
И тут дроидам следовало бы угрожающе стукнуть по полу копьями.
Но нет.
...то я пойму этот отказ и не сочту его за трусость или оскорбление. Я уверена, что мы можем провести время интересно и без визита на Эриаду. Потому как я хочу знать, кому я доверила Мандалор.

Отредактировано Amelin de Veil (2019-06-30 01:04:28)

+2

14

Джанек вскинул глаза на Амелин, когда та приказала ему успокоиться.
Вы правы, ваше величество. У мандалорцев особый счет к джедаям, но никакой счет не стоит того, чтобы портить такое прекрасное вино их упоминанием.
Он осушил бокал и поставил на стол. Очень вовремя: из дверей неожиданно появились те самые дроиды, что сопровождали его по пути из ангара во дворец.
Я не откажусь, ваше величество, — ответил граф. — Я слышал, что правительство Эриаду не проявило достаточной мудрости, чтобы предотвратить кровопролитие, и если мое появление хоть как-то поспособствует вразумлению тамошних граждан, буду рад служить вам в этом качестве. В этом, и в том, о котором я упомянул ранее. Своим визитом в другие миры, с вашей высокой милостью, я также готов показать Мандалор в ином, непривычном для галактики свете. Без одиозной брони и характерной формы шлема, которые давно уже навязли в зубах у галактического сообщества.
Де Соддо оправил костюм, дорогие запонки тускло отразили свет многочисленных ламп тронного набуанского зала. Он отлично понимал, на что намекает хрупкая девочка на троне — с недетскими и нечеловеческими глазами. Предатель? Все относительно. У себя на Мандалоре он был двойным предателем. В глазах Новых мандалорцев — как лидер опальной и одиозной организации, запятнавшей свое имя жестокостью и слепым безрассудством. В глазах Истинных мандалорцев — как представитель ренегатов, недостойный носить броню, дар'мэндо. Все относительно. Теперь, в свете сказанного при Виилу, в сознании графа происходила бешеная работа мысли. Как ни ставил бы себе в заслугу Аран Рэу, но отнюдь не его дар убеждения был причиной того, что де Соддо согласился стать марионеткой-губернатором. Нет, Рэу всего лишь резюмировал сказанное Виилой, и знал ответ графа еще до того, как разговор состоялся. Но кто или что стояло за ее словами? Дело ее отца, или... или джедаи? Что произойдет, если те поймут, что граф-марионетка очень хорошо, даже слишком хорошо играет свою роль? Это предстояло выяснить, и визит на Эриаду станет звеном длинной цепочки.
Мандалор в надежных руках, ваше величество, — ответил де Соддо, чуть наклонив голову. — И я это докажу делами.

+2

15

Вот как. — Скорее утвердительным, нежели вопросительным тоном ответила Амелин, вскинув обе брови в удивленном жесте, но лишь затем, чтобы уже спустя мгновение на ее лицо вернулось прежнее выражение высокомерного безразличия. — Время покажет. А я буду внимательно смотреть на то, что оно показывает.
Договорив, она встала с набуанского трона. Черная шелковая ткань ее плаща потянулась за ней, словно жидкое, невесомое вещество. Голубая лента-кокарда, заканчивающаяся прицепленным к ее левому бедру ярким синим бантом подпрыгивала при каждом движении девушки, как и ее длинные, слегка кудрявые волосы. Цокая металлическими ступнями по гладкому каменному полу, дроиды выдвинулись вслед за ней. Вечер медленно опускался на Набу. Оранжевые солнечные лучи падали сквозь большие, овальные окна на идущие по коридору фигуры. Еще несколько дней назад здесь было шумно и многолюдно даже вечером, но сейчас, с приходом порядка и освобождением от их должностей львиной доли набуанских политиков, гуляя по вечернему дворцу Тиид можно было услышать не только отчетливый, резкий звук шагов, но и дыхание тех, кто пока не утратил способность дышать.
Корабль Амелин, на который граф мог взглянуть в доке, был очень непохож не только на все корабли Старых Звезд, но и на другие фарнаксийские машины. Относительно небольшой, но необычной формы крейсер был целиком окрашен в яркий желтый цвет. По форме он напоминал подобие кинжала. В наличии присутствовала даже круглая “гарда”, к которой был прицеплен десяток острых, продолговатых двигателей.
Полетим на моем корабле, — констатировала сложившийся факт девушка, уже поднимаясь по широкому металлическому трапу. — Ваш шаттл доставят на Эриаду. За содержимое не волнуйтесь, я не имею свойства лазить по чужим карманам.

Путь до Эриаду, действительно, прошел очень быстро и почти незаметно. Вместо получаса, которые обычно уходят на преодоление подобных расстояний, прыжок занял считанные минуты. Графу даже не предложили комнаты — настолько быстро все закончилось.
По прилету он лично увидел то, чем грозила Амелин в случае предательства. Небезызвестная верфь Эриаду, которая славилась способностью производить крупные корабли, была разорвана на куски так, будто ее не бомбили турболазерами, а сгрызали гигантские чудовища. Длинные следы, похожие на следы от когтей, были ничем иным, как трещинами, оставшимися после попыток тарана фарнаксийскими боевыми кораблями. “Носители прогресса” даже не удосужились убрать с орбиты космический мусор, оставшийся после колоссальной битвы, позволив обломкам свободно падать на поверхность планеты в качестве напоминания.

Атмосфера планеты была давящей в буквальном смысле этого слова. Желто-зеленое небо слабо пропускало солнце в отличии от того же райского Набу. Еще до приземления стали видны следы наземного сражения, или, скорее, массового геноцида — в полуразрушенном состоянии были небоскребы, дворцы, памятники. Там, где когда-то стояли жилые дома, красовались гигантские кратеры. Узкие, усыпанные мусором и трупами улицы патрулировали небесные штурмовики — белые дроиды, очень похожие на закованных в массивную броню людей.
Даже не спускаясь на землю можно было вообразить себе тот необычайный смрад, который царит снаружи.
Графа пригласили к трапу за минуту до того, как там появилась Амелин.
Если будет тяжело дышать — Вам выдадут маску, — спокойно сказала она, переведя взгляд с Джанека на царящую в окне атмосферу ужаса и мрака. — Мы не планируем оставлять на Эриаду условия, пригодные для проживания биологических форм жизни.
Металлический трап отворился. Ничего особого не произошло. Императрицу не встречали тысячи стоящих в линию солдат, никто не запускал фейерверки. И на то были веские причины.
По земле стелется серая дымка. Воздух неприятен. Он пахнет сыростью и тухлыми яйцами. Но, как ни странно, он не несет в себе опасности.
Те, кто не присоединились к партизанам, уже покинули Эриаду. Не думайте, что я поставлю под удар невиновных. — Как бы обыденным, деловым тоном завела разговор Амелин, прошагиваясь по выжженной земле. За ней плелась уже знакомая семерка дроидов со щитами. Но скорее не для защиты нее, а для спокойствия органического гостя Эриаду. — Как были вывезены все вымирающие виды животных и растений. До моего прихода индустриализация Мануфактур Эриаду приводила к массовому вымиранию видов среди природы этой планеты.
Где-то высоко в небе, над облаками и слоем токсичного газа, раздавались тихие хлопки грома. Только сейчас можно было понять, почему пребывание на Эриаду казалось таким жутким и неприятным.
Вокруг стояла гробовая тишина.

Отредактировано Amelin de Veil (2019-07-09 20:18:52)

+2


Вы здесь » Star Wars: Frontline » Не актуальное » Hear my voice, sing with the tide


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно