Администрация


Игрок сезона

Star Wars: Frontline

Объявление

28.06.2021// Добавлены новые скрипты. С полным списком нововведений можно ознакомиться в теме новостей. При возникновении вопросов, жалоб или пожеланий просьба обращаться к Креатору.


01.01.2021// Администрация SWLINE.RU поздравляет всех игроков и гостей с новым годом! Предыдущий год выдался тяжелым и долгим, так что пусть новый будет легче и пройдет удачнее для всех!


29.03.2019// Запрет на ввод неканоничной техники, Осколков и ограничение на прием некоторых персонажей. С подробностями можно ознакомиться в теме правил.


11.08.2018// Пополнение управляющего состава форума, появление кураторов Империи Руки, Осколка Империи и Мандалора. Формальное обновление правил.


08.06.2018// Дополнена тема Силы. Первого июля будет закрыт прием неканоничных видов техники без отыгрыша.


28.04.2018// Внезапное и неожиданное открытие. Также напоминаю, что слева сверху находится флажок смены дизайна. Им можно пользоваться в любое время.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars: Frontline » Не актуальное » Потерянные звезды


Потерянные звезды

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

Потерянные звезды


https://pbs.twimg.com/media/D2pn333XcAAeAKl.jpg
Дата
25.08.14

Участники
Адмирал Вольфганг Вайлдман, капитан Микаэла Шнайдер

Место и погода
Звездный разрушитель класса "Преданность" —"Тиамат"


Описание
Вайлдман с тяжелыми думами возвращается на борт своего флагмана в сопровождении Берты. Ему многое предстоит обдумать и переосмыслить, расставить приоритеты и акценты, решить, что делать дальше и как этого достичь. Сгущающиеся на горизонте тучи не оставляют большого пространства для маневров. Решать приходится здесь и сейчас. И лишь от него и зависит, каким курсом двинется бывшая седьмая экспедиционная, а нынче сектор Т-18.


Отредактировано Wolfgang Wildman (2019-07-19 17:40:05)

+1

2

Вольф хмуро пялился в иллюминатор. На душе все еще было погано после всего того, что было на собрании.
Потерянные звезды, — пробормотал он, растирая левый висок. От того, что он видел и слышал, у адмирала зверски разболелась голова. Впрочем, не то чтобы это было в первый раз. Не первый, не второй и далеко не последний. Этого никогда не ждешь и еще меньше хочешь. Вольф отвернулся от иллюминатора и столкнулся с вопросительным взглядом Микаэлы. Неловко улыбнувшись и пожав плечами, он смущенно отвернулся.
Так книжка одна называлась. В детстве прочитал, — наконец пояснил он. Правда, Вайлдман и сам не знал, зачем рассказал об этом. Может быть, ему просто хотелось выговориться? Излить свою душу после этого заседания? И кому как не его извечному благодарному слушателю это рассказывать? Адмирал даже испытал укол вины, чувствуя как хочет взвалить на нее свои проблемы. Или хотя бы их часть. Но остановиться он уже не мог.
Там главный герой просыпается неизвестно где и неизвестно как. Он с ужасом понимает, что ничего не помнит. Начинается межзвездное путешествие, полное опасных приключений, таинственных событий, верных друзей и даже любви. Выясняется, что он на самом-то деле наследный принц уничтоженной державы. Начинается восстановление потерянной Родины, войны и так далее. И знаете, чем все заканчивается, капитан? — Вольф хмыкнул, — Он приходит в себя и понимает, что на самом деле все это лишь бред, рожденный его умирающим и агонизирующим разумом. И это его последние слова — “Потерянные звезды…”, капитан. Вот на что я сейчас смотрю. И о чем думаю.
Адмирал грустно усмехнулся и покачал головой.
Я изначально не хотел испытывать завышенные ожидания. И все равно разочарован. Старой Империи больше нет. А новая… Если ее возглавят такие как эта Фина Д’Аста… — Вольф еще сильнее помрачнел — Пока я жив, ноги ее не будет на троне. Не видать его этой торгашке. Как ушей своих.
Адмирал вновь взглянул на свою подчиненную.
Капитан, я определенно хочу выпить. Не желаете ли составить мне компанию? — он слегка улыбнулся.

+2

3

— С удовольствием, — кивнула Берта. – И на трон с ногами это серьёзно. За это расстреливать надо.
Несколько мгновений она с каменным лицом смотрела на Вайлдмана, а потом улыбнулась. Почти так же, как он, разве что чуть кривовато из-за шрама. Капитан пошутила. Как всегда получилось не столько весело, сколько страшно. Но что поделать, чувство юмора, оно как те самые ноги: у кого-то есть, а у кого-то нет. У Берты оно не то чтобы совсем отсутствовало, но изрядно хромало.
— Вы, правда, думаете, что госпожа Д’Аста рассчитывает на какую-то благодарность от Даалы? Мне кажется, она просто одна из немногих, кто от страха не утратил способности соображать. Всем известно, как Даала любит титулы, вот её и засыпали ими по самую макушку, чтобы не выкинула чего-нибудь от злости и дала всем уйти оттуда живыми. – Она озадаченно побарабанила пальцами по колену. – Только я совершенно запуталась, кем её назначили и как к ней теперь обращаться.
Впрочем, это было не к спеху. Сейчас её куда больше беспокоило состояние Вульфа. Право слово, не стоило так расстраиваться. На подобных мероприятиях всё всегда идёт не по плану. На её взгляд, в этот раз получилось весьма недурно. И даже их не слишком дружелюбный уход в итоге наверняка обернётся на пользу.
— Знаете, мне симпатична Даала. У нас есть нечто общее. Но её страсть к громким приставкам перед именем постоянно напоминает всем, что само имя ничего особо не значит. Я не совсем поняла, что произошло на совете, но, кажется, гранд-адмирал Траун использовал эту страсть, чтобы спровоцировать конфликт и запугать моффов. И они без лишних препирательств согласились на объединение. Для нас это совсем неплохо, правда ведь? Теперь либо Даала справится и порвёт повстанцев в клочья, либо надорвётся и её заменят кем-нибудь более знающим и умеющим действовать методично. Например, вами. Опять же, оба варианта, вроде бы, весьма неплохи. А дальше… дальше будет видно. И думать об этом лучше на свежую голову, а пока вам действительно необходим отдых.

+3

4

Адмирал с нескрываемым интересом взглянул на девушку.
Вот уж не ждал от тебя таких слов, — пробормотал он, улыбнувшись, — Уж кто-кто, а мой молчаливый капитан сто очков форы даст всем этим политикам.
Он хихикнул, затем посерьезнел и кивнул.
Даала или справится, или ее не станет. Меня больше беспокоят остальные. Если она прямая как доска, то такие как Фина и ей подобные могут быть опасны. И крайне не желательно подпускать их к новой главнокомандующей, — Вольф задумчиво погладил подбородок, — Что ставит нас перед выбором. Или мы оставляем все как есть, или начинаем поиски Пеллеона. Не то чтобы это было для нас так важно. Однако же я думаю, старый адмирал менее подвержен возможному влиянию со стороны моффов. Ну и более устойчив чтоль…
Он хмыкнул, а затем выглянул в иллюминатор. Они как раз подлетали к Тиамат. Ангар был гостеприимно распахнут, словно приглашая их внутрь. Послышались переговоры пилотов с диспетчерской. И вскоре корабль уже садился на палубу. Здесь их как и всегда встречал почетный караул. Не то чтобы Вайлдман был против, просто привык к подобному церемониалу. Сдержанные приветствия со стороны капитана и сопровождающих его офицеров, молчаливый строй штурмовиков, освещенный ангар. Это несколько успокаивало. Вайлдман немного расслабился, чувствуя себя дома. Он кивнул встречающим, а затем отпустил их.
Ну что ж, капитан, — улыбнулся он, оглядываясь на Микаэлу, — Вы обещали составить мне компанию, потому будьте любезны.
С этими словами они на лифте поднялись на офицерскую палубу, где и располагались апартаменты офицерского состава корабля, в том числе и самого Вольфа. Адмирал первым вошел в свою каюту. Официально ему конечно полагалось занимать именно что апартаменты, положенные по статусу. Но эту условность Вайлдман успешно игнорировал, а посему занимал более скромную каюту. Обстановка тут была довольно аскетичной. Гостевая была обставлена простенько. Стол, трое стульев, диванчик, судя по виду уже старенький, но все еще пригодный для сидения, пара кресел, несколько стеллажей с книгами. Адмирал гордился своей библиотекой. Здесь было собрано множество раритетных выпусков, которые сложновато найти в галактике. Это и труды, посвященные навигации, и очерки полководцев прошлого, и много-много других интересных материалов, посвященных прошлому этой галактики. А чем еще больше гордился Вольф, так это своим баром. Последний был установлен у него в каюте и содержал довольно любопытные и интересные с точки зрения ценителей алкогольные напитки, практически на любой вкус. Другая дверь вела в спальню, но туда доступа не было ни у кого на корабле. Ну кроме дроидов-уборщиков, разумеется. Вайлдман прошелся по комнате и улыбнулся, оборачиваясь к стоящей на пороге девушке.
Прошу, капитан, — произнес он, — Я обычно редко здесь вижу гостей. Больше предпочитаю быть в офицерском кубрике, там и развлечений больше, и возможностей пообщаться с командой.
Он остановился возле переключателя, и одна из стен будто бы превратилась в иллюминатор. Со стороны так и казалось, хотя на самом деле все было куда проще: на стене был установлен огромный экран, который проецировал изображение снаружи корабля. Причем в зависимости от желания владельца он мог показывать любую доступную для внешних камер картину. Удостоверившись, что все правильно, Вольф открыл бар и извлек бутылку алсаканского красного вина, взял пару фужеров и поставил на стол.
С едой тут не густо, но если нужно, всегда можно связаться с камбузом, — несколько виновато произнес он, садясь за стол и открывая бутылку.

+2

5

— Вы слишком добры к моим скромным успехам… – похвала Вульфа всегда превращала Берту в заикающуюся, краснеющую шестнадцатилетнюю девчонку и капитан спасалась тем, что отмалчивалась или начинала говорить на какую-то отвлечённую тему. – При всём желании оградить главу государства от всех льстецов и интриганов едва ли возможно. Так что поиски Паллеона дело благое, но, боюсь, занявшая его место Даала этого не оценит. Хотя, если это будет выглядеть так, что мы летим подтвердить его смерть, дабы она заняла это место на постоянных правах, тогда, думаю, возражений не возникнет. Ну, а если гранд-адмирал окажется жив, тут уж мы ни при чём, всякое бывает, — она развела руками, скрывая смущение. – В любом случае, попытаться стоит.
Усталости Берта не чувствовала и пропущенный обед, казалось, даже не заметила. Она привыкла как следует есть два раза в день. Обычно это были первый и второй приём пищи, главное, чтобы не позже, чем за два часа перед вылетом. Позавтракала Берта сегодня нормально и ничто не мешало поужинать чем-нибудь посерьёзнее, чем обычно, почти в точности сохранив привычный распорядок. Так что такие мелочи, как голод, Берту не беспокоили и ей действительно приятно было составить компанию Вайлдману. И немалую роль в этом сыграло то, как он отозвался о Даале.
Натаси была хороша собой и уже замечена в не слишком трепетном отношении к уставу. Так что красивая, яркая, темпераментная женщина, импонирующая Берте сама по себе, начинала вызывать глухое раздражение, как только оказывалась рядом с адмиралом. Траун переключил внимание рыжей бестии сначала на себя, а потом и на новые блестящие возможности, заставив несколько охладеть к прежним союзникам и, сам того не зная, оказал Берте услугу.
Пожалуй, именно в этом крылась причина того, что они с Вульфом возвращались с совета в столь разном расположении духа. Настроение у хранительницы адмирала, в отличие от него самого, было на высоте. Избавится, пусть даже и временно, от такой серьёзной угрозы дорогого стоит. Да и всё остальное, вроде, прошло нормально.
Единственное, что тревожило Берту так это "потерянные звёзды". Если дело только в презрении к баронессе Д’Асте и в сомнениях в способностях Даллы, то прекрасно. А если нет?.. Капитан Шнайдер вновь ощутила укол ревности. Она напомнила себе, что никаких реальных поводов для беспокойства не замечено, но это не слишком помогло. Поводов-то может и не замечено, но чутьё не обманешь, а оно подсказывало, что появиться им недолго.
В отсутствие посторонних и когда они направлялись куда-то не по служебной надобности, Берта позволяла себе идти рядом с адмиралом, а не держаться за его плечом, как это бывало обычно. У Вульфа очень выразительная спина. Все его эмоции, не заглядывая в лицо, можно было прочитать на ней. Но такие маленькие вольности грели душу, создавая иллюзию настоящей близости.
Это было восхитило и жутко. Даже играть с Трауном в гляделки и то проще. Работа это работа, там всё расписано до мелочей, а вот что делать в неформальной обстановке? Берта переступила порог командирской каюты и почувствовала себя по пояс деревянной. Определённо, теперь выпить потребовалось и ей.
— Благодарю, я не голодна, — отрицательно качнула головой капитан. – Когда включаются боевые рефлексы, всё остальное бездействует. А сегодня они ещё и отработали вхолостую. Мне ещё долго будет не до еды.
Проклятье, что она несёт?! Нет, всё это было правдой. Человек не дроид, его нельзя просто отключить или сменить программу. Каждое задание, каждый выход с Вульфом за пределы корабля это контролируемый стресс, обостряющий чувства и рефлексы, и раз сегодня они не нашли естественного приложения, значит нужно будет освободиться от напряжения как-то иначе. Побегать часок или попинать кого-нибудь. Впрочем, это тоже дело привычное. Вот только за каким демоном она начала рассказывать об этом сейчас?
Мысленно стукнув себя по лбу, Берта прикусила язык и присела на один из стульев. Надо было что-нибудь сказать. А что? Напоминать о совете не стоит, Вульф только-только начал отходить от оставленного им скверного впечатления. В винах она не разбиралась, в истории тоже. Ну, не то чтобы совсем, но недостаточно для того, чтобы поддерживать на должном уровне разговор со сведущим человеком. А о том, о чём рассказать свербило больше всего, говорить вообще нельзя было ни в коем случае. Вот же засада!

+2

6

Адмирал пожал плечами, мол не хочешь, как хочешь. Он налил в фужеры напиток и поставил один перед девушкой, второй перед собой. После этого он устало плюхнулся на стул.
Неофициальная обстановка, — улыбнулся он, — И общение неофициальное. Потому на “Ты”, капитан. И пожалуй без чинов.
Вольф первым взял бокал.
За неофициальность и… — он подмигнул и поднял фужер, — Беспардонность, Микаэла.
С этими словами адмирал пригубил вино и прикрыл глаза, наслаждаясь изысканным вкусом. Внутри все приятно обожгло, а по желудку начала растекаться теплая волна. Поставив наконец бокал, он открыл глаза и внимательно взглянул на девушку.
Сегодняшнее собрание было разочарованием для меня. Очень большим, — произнес Вольф, — Назначение Даалы пусть и временным исполняющим обязанности командующего Бастиона меняет все дело. Совершенно.
Вайлдман умолк, собираясь с мыслями. Мысли собираться не хотели, а потому он просто снова отпил из бокала, опустошив тот наполовину.
Знаешь, не так я себе представлял этот сбор. Не с такой охраной и вооружением. Казалось бы, стоило там кому чихнуть, и все. Разгорелась бы бойня. И ведь, образно выражаясь, чихнули. И Даала, и Ганн. Вернее наоборот. Но тем не менее.
Вольф пожал плечами, откидываясь на спинку стула.
Я уже устал от подобных междусобойчиков, потому и не стерпел. Накипело, если выражаться одним словом, — он неловко улыбнулся — Полагаю, ты совсем не против, да? Или все же будешь ругать меня за столь дерзкую попытку приостановить эту назревающую грызню?
Он снова отпил вина. В этот раз его взгляд сместился в сторону “иллюминатора”. Вайлдман подпер подбородок одной рукой, меланхолично глядя на то, как сменяется обзор там за обшивкой.

+2

7

Берта подняла свой бокал в знак согласия с тостом и сделала пару глотков, совершенно не почувствовав вкуса. Но зато почти сразу же её начало отпускать. В этот раз необыкновенно быстро, надо заметить. Ох, как же она ненавидела такие моменты беспомощности, когда просто сама себя не узнавала.
— Я бы им врезала, если честно, — медленно произнесла она, с удовольствием ощутив, что больше не давится словами, и продолжила уже смелее. – Хотя Ганн по-своему талантлив. Умение похвалить оскорблением и оскорбить похвалой не каждому дано.
Во второй раз вино показалось лучше. Наверное, потому что у него появился вкус. Сладковатый, чуть терпкий, отдающий фруктами, мёдом и чем-то ещё, что так сразу определить было сложно. Да, определённо, Берта снова возвращалась в норму. Она расстегнула верхнюю пуговицу рубашки, вернула бокал на столешницу и поднялась.
— Признаться, я ничего не ждала от этого мероприятия, кроме неприятностей. Всегда так делаю, чтобы если они случатся, оказаться готовой, а если не случатся, то иметь повод приятно удивиться.
Подойдя к Вульфу со спины, Берта положила ладони ему на плечи и слегка надавила подушечками пальцев, нащупывая под двумя слоями плотной ткани напряжённые мышцы.
— А что не так с назначением Даалы? – осторожно спросила она, не отрываясь от этого занятия. – Она уже доказала, что может управлять военной базой и не разрушить её. Бастион, конечно, побольше, но там и помощники обязательно найдутся. Ну, хотя бы тот рыцарь… Карраха. Или вы просто хотели бы видеть временным командующим кого-то другого?

+2

8

Адмирал вздрогнул от неожиданности, но затем расслабился, ощутив руки девушки у себя на плечах.
Я бы предпочел видеть там самого Пеллеона, — произнес он, — Старик знал, что делал. Да и мне довелось с ним пообщаться. Ты удивишься, насколько интересный взгляд у него на происходящие события.
Вайлдман позволил девушке делать все, что ей заблагорассудится. Во всяком случае ей он мог довериться, позволить делать то, что она посчитала бы нужным.
Даала могла бы быть командующим, временным командующим, но проблема в другом. Или она продавится под местных, или же сама их всех поперевешает. Для меня ни та, ни другая ситуация неприемлемы, — Вольф вздохнул, — Пеллеон хотя бы знает, что делает. По моему личному мнению он сможет сказать твердое “Нет” тем воротилам, которых мы сегодня видели на совете, и удержаться от их расстрела. И не приведи сила, Даала начнет расстреливать их всех. Ведь в таком случае Бастион просто развалится как карточный домик! Они и образовались лишь из-за того, что собрались вместе и взаимно амнистировали друг друга. Можно сказать, у каждого есть свой список личных обид. И если дать ход подобному, то очень быстро начнутся выяснения обид друг у друга. И прости-прощай Бастион.
Адмирал невесело усмехнулся.
Надеюсь, ты представляешь себе, что в этом случае случится? Чем подобное чревато? У нас тогда вообще шансов ни на что не останется, — он взял бокал и допил остатки содержимого, —  Извини, я совсем забыл, что тебе это не нужно знать, капитан. Считай это просто порывом поделиться с теми, кого я хорошо знаю, и кому я доверяю.

+2

9

— Не извиню, нагружаешь подчинённых лишней информацией. И сам нагружаешься. Безобразие просто! — качнула головой Берта и взглянула на слегка опешившего адмирала. – Что? Ты сам сказал – без званий и официоза. Никто не посмеет обвинить меня в том, что я недостаточно точно исполняю приказы.
Вторая шутка вышла не сильно лучше первой, и капитан сама это понимала. Но точно так же она понимала, что Вайлдман не наказывает без веской причины, так что можно не трястись за каждое слово. К тому же, она прекрасно знала, когда стоит остановиться.
— Давай посмотрим правде в глаза, куда Даалу ни назначь, что ей ни поручи, она везде может наворотить дел. Именно благодаря своей непредсказуемости и, местами, нелогичности, она и оказалась там, где сейчас находится. Ну, и ещё благодаря своему огромному честолюбию. Человек, которого невозможно предсказать, нервирует. Это как ставка в казино, с равной вероятностью может повезти и нам и нашим противникам. И в таком случае нужно либо не играть, то есть убрать Даалу сейчас, либо подождать поворота колеса удачи и, если она повернётся к нам задом, дать ей хорошего пинка. Ну, или насладиться выигрышем.
Тонкие и длинные, но довольно-таки сильные пальцы основательнее надавили на плечи Вульфа, причиняя небольшую боль. Но стоило Берте ослабить давление, как это место наливалось теплом и становилось мягче. Головные боли адмирала на самом деле имели мало отношения непосредственно к голове. Основная их причина крылась в перенапряжении мышц спины, шеи и затылка и, откровенно говоря, Берта считала, что ему тоже не помешало бы почаще снимать стресс какими-то более естественными методами, чем обезболивающие и выпивка. Впрочем, ему куда сложнее было выкроить время на тренировку, чем ей, так что подобные советы она оставила для корабельной мед.службе и сейчас просто избавлялась от последствий. Что, к слову, неплохо умела.
— Значит, — продолжила капитан, — единственный вопрос в том, хочешь ли ты прекратить это немедленно или готов рискнуть и дать ей шанс. И если не готов, то поисками Пеллеона ограничиться не получится. Потому что даже если мы его найдём, что само по себе маловероятно, и Даала покинет место главы Бастиона, это всё равно будет лишь отсрочкой. Она продолжит рваться к власти и каждый раз соломку не подстелишь. Придётся решать проблему более радикально. А если ты всё-таки собираешься сделать ставку… — Берта ненадолго задумалась, — То лучше быть готовыми к последствиям и не хранить все яйца в одной корзине.

+2

10

Адмирал вздрогнул, когда массаж отозвался болезненными ощущениями. Под чувственными пальцами девушки он осознал, как сильно напряжены его спина, мышцы.
Я никогда ранее не хранил яйца в одной корзине и не намерен нарушать этой традиции… — пробормотал Вольф, ощущая, как все больше и больше тает под волшебным массажем. Это было очень непривычное ощущение. Давно забытое ощущение. Последние годы Вайлдман практически не позволял себе отдыхать, взваливая на себя все больше и больше обязанностей по защите своего крохотного государства. Он откинулся на спинку кресла, позволяя Микаэле продолжать свой массаж.
Сейчас важно не просто решить, как это сделать. Время решает все. А у нас его очень мало. Та таинственная угроза, о которой вещает Траун, все ближе. И мы можем оказаться на острие этого удара. Так сказать, прочувствуем его силу, если не будем осторожны. Надо подготовиться... Я считаю, что у объединенного Империума будет возможность расправиться с этим врагом. Но только у объединенного. Если мы сейчас забьемся по углам и щелям, то нас поодиночке и уничтожат. Даалу поставили командующей силами Бастиона. Но кто возглавит грядущий Империум, пока остается под вопросом. Я полагаю, такой шанс есть и у меня, а значит надо что-то сделать, чтобы получить расположение Бастиона. Не Даалы. Пожалуй наилучшим вариантом является возможность освободить Пеллеона. Я обдумаю эту возможность. Как вариант — предпринять ряд боевых действий против Новой Республики. Но это наверняка привлечет к нам ненужное внимание. Есть еще один вариант. Я могу попробовать организовать силы для разведки боем против чужаков, получить опыт войны с ними из первых рук. Это может оказаться бесценным в свете грядущего противостояния… К слову, не хочешь перевестись в аналитический отдел? У тебя вполне неплохо получается. Хотя конечно я буду огорчен, когда потеряю столь талантливого капитана.
Вольф устало вздохнул и улыбнулся, а затем перехватил одну из рук Микаэлы.
Достаточно, — мягко произнес он — Мне нельзя слишком расслабляться. Отдыхать будем после войны. Кто знает, может быть даже в гробу.
Последние слова были произнесены шепотом. И сказаны они были адмиралом себе под нос.

+3

11

— Перевестись в аналитический отдел в звании лейтенанта? – Берта негромко рассмеялась и оказалось, что когда капитан не отдавала приказы, голос у неё был довольно приятный, почти бархатный. – Нет, не хочу. Мне и здесь очень даже неплохо.
С логикой у неё всё в порядке, но до своего нынешнего звания среди аналитиков Берта однозначно не дотягивала. Эти умники в одном событии видят десятки, сотни возможностей, а она от силы две или три. К тому же, ещё не факт, что правильные. Обычно капитан оставляла подобные размышления при себе и сейчас озвучивала их только для того, чтобы Вульф мог в ответ поделиться своими. Иногда, чтобы обдумать ситуацию, нужно произнести мысли вслух, что в диалоге всегда проще. Но ни о какой смене специализации она не помышляла.
У врачей, говорят, есть разные специалисты. Одни ничего не знают и ничего не умеют. Это психологи. Другие всё знают, но ничего не умеют. Это терапевты. Третьи ничего не знают, но всё умеют. Это хирурги. А четвёртые всё знают, всё умеют, но пациент попадает к ним слишком поздно. Это патологоанатомы.
У военных то же самое. И те, которые ничего не знают и ничего не умеют, это как раз штурмовики и вся прочая пехота. Те, которые ничего не знают, но всё умеют, это пилоты. Те, которые ничего не умеют, но всё знают, это аналитики. А последние всё знают и всё умеют, но к ним обычно прислушиваются слишком поздно. Это разведка. И да, есть ещё пятый вариант. Ничего не знают, ничего не умеют, но зато такие звери, что им даже оружие не выдают, максимум лопату. Это инженерные войска.
Однажды Берту уже определили туда, где ей самое место, и нечего пытаться прыгнуть выше головы. Поэтому она и восприняла сказанное, как не слишком заслуженную похвалу, но не более. А вот последние слова Вайлдмана заставили её напрячься.
— Не говори так, — попросила блондинка, присев рядом и сжав руку своего адмирала. – Все там будем и отрицать это бессмысленно, но и торопиться туда незачем. Лучше постараемся успеть как можно больше за отведённое нам время. Вернём Пеллеона, всыплем новореспубликанцам. Боевые действия против гражданских планет, конечно, в нынешних условиях не вызовут одобрения, но мы можем хотя бы освободить захваченных в плен имперцев. Так сказать, в рамках подготовки к встрече с новым противником. Нам ведь понадобятся верные и хорошо обученные люди. К тому же, это не слишком сложно. Не в обиду коллегам из правоохранительных органов будет сказано, но подготовка полицейских подразделений с нашей и близко не стояла. И потом, если враги ещё не окажутся у нашего порога, с их же помощью устроим разведку боем. А если окажется, то просто дадим им бой.
Стараясь успокоить Вульфа, Берта распереживалась сама. Будто до неё только сейчас в полной мере дошло, чем всё это им грозит. Десять лет размеренной жизни с привычными трудностями исследователей космоса приучили её к уверенности в завтрашнем дне. Где-то в глубине души мисс Микаэла Шнайдер надеялась, что на её веку войн больше не случится, что её адмирал всегда будет рядом, что единое государство, которому оба они служат, разберётся со своими внутренними проблемами, встанет на ноги, окрепнет и в Галактике наступит мир и порядок. Увы, надежды оказались пустыми, произошло то, что произошло. Хорошо хоть, что она всё ещё со своим адмиралом. Вот только кто знает, надолго ли это. Когда мир вокруг рушится, никогда не угадаешь, куда упадут и что сломают осколки.
— Всё будет хорошо, — упрямо повторила она, проведя кончиком языка по разом пересохшим губам. – Мы обязательно сделаем, чтобы было. И это не обсуждается.
Она порывисто поднялась, взглянула сверху вниз на сидящего Вульфа, словно собираясь что-то ещё добавить, но слова никак не шли и потому Микаэла просто его поцеловала.

+2

12

Ты знаешь, я бы не был так категоричен, — улыбнулся Вайлдман, глядя на свой бокал, — Пожалуй, впереди еще много времени, чтобы мы...
То, что в этот момент сделала девушка… Адмирал опешил от неожиданности случившегося. Несколько мгновений он, широко раскрыв глаза, смотрел на девушку, что была буквально в нескольких сантиметрах от его лица. Вот чего-чего а поцелуя Вольф никак не ожидал. Осуждение, попытка подбодрить, шутка или что-то еще, — всегда пожалуйста. Но поцелуй… Это длилось несколько долгих мгновений, а затем Вайлдман встал со своего места, все так же потрясенно глядя на девушку.
Что это было?.. — с удивлением спросил он, касаясь пальцами своих губ, — Поцелуй?..
Несколько долгих, очень долгих мгновений мужчина смотрел на Микаэлу.
Это… это было неожиданно… — пробормотал он — Могу я… Могу я поинтересоваться, что это было?
Сказать, что он удивлен, значило ничего не сказать. Вольф всегда рассматривал ее как сослуживца, коллегу по флоту, боевого товарища, но не как девушку. А тут случилось немыслимое. Адмирал продолжал смотреть на Шнайдер.
Микаэла, что это значит? — тихо спросил он, — Мне расценивать это как нарушение устава?.. Неуставные отношения?..
Целых десять лет Вайлдман даже не помышлял о чем-то подобном, загонял себя в рамках, топил себя в обязанностях, заставлял забывать о своих собственных чувствах. Слуга Императору, отец солдатам, он со временем практически забыл о подобных эмоциях. И вот теперь девушка вновь напомнила ему об этом. И столкнувшись с этим, Вольф просто не знал, как поступать, что делать и… вероятно, куда бежать.

+3

13

Сегодня у адмирала Вайлдмана выдался полный неожиданностей день. А Берта добавила к ним ещё одну. И самое главное, она совершенно не сожалела об этом. Просто молча стояла и ждала, когда Вульф перестанет спрашивать и начнёт кричать. Но он так и не начал, только смотрел как-то странно, растерянно, почти испуганно. О, как же она его обожает! Особенно такого. Когда его действительно нужно защищать.
— Да… Думаю, да. Это определение как нельзя лучше отражает суть произошедшего, — кивнула блондинка. – А разве вечер без устава уже окончен? Что ж, тогда я готова понести заслуженное наказание.
Сомневаешься – не делай, делаешь – не сомневайся. Она много, очень много думала об этом и каждый раз приходила к выводу, что не простит себе, если из-за несдержанности потеряет своего адмирала. Не то чтобы романы между сослуживцами были такой уж редкостью, потому обычно все об этом знали и помалкивали. Но если кому-то вздумается вам насолить, то достаточно будет одного доноса. Вернее, было достаточно при Империи. Теперь нет. Теперь они сами по себе и решать судьбу их отношений будет единственный человек, который имеет на это право, — сам Вайлдман.
Берта подошла ближе и заглянула в его глубокие зелёные глаза, ожидая решения. Адмирал честный человек, если она ему не нужна, то он прямо так и скажет. Они спишут произошедшее на несовместимость алсаканского красного со стимуляторами и забудут как нелепую случайность. У Вульфа по-прежнему останется его верный телохранитель, а Берта будет всё так же любить его, но уже не мучаясь сомнениями по поводу упущенных возможностей.

+2

14

Адмирал с удивлением наблюдал за Микаэлой. Было в этом взгляде что-то такое, словно бы детская обида. Словно бы с ним поступили неправильно, обманули его ожидания. Или не обманули? Вольф продолжал глядеть на девушку, не зная, что и сказать.
Это выходит далеко за пределы… подобного, — неуверенно произнес он — И я… я не знаю, что делать с этим…
Вольф не знал, как ему поступить, как реагировать на случившееся. Неожиданный поцелуй выбил его из колеи.
Я… — начал он и осекся, не зная как продолжить фразу, — Я… Не знаю. Просто не знаю, Микаэла. Можешь… Можешь объяснить мне причину этого поступка?
Адмирал неуверенным движением сделал небольшой шажок назад. Совсем небольшой. Ровно настолько, чтобы добавить небольшое расстояние между ними.
Я… просто не знаю, — словно попугай он вновь повторил свои предыдущие слова, — Не знаю, как реагировать на это. Это была шутка? Или что-то более серьезное?..
Внутри он был напуган проявлениями чувств у всегда железного капитана. Казалось бы, никогда не было, и вот опять. Его мысли сейчас напоминали спутанный клубок. И как распутывать их Вольф не знал. Более того, он не знал даже что ему следовало  чувствовать сейчас по отношению к Микаэле.
Микаэла… — начал он — Я… Не то чтобы против подобных чувств… Просто… Когда я отправлялся в экспедицию, у меня тут оставалась… невеста. Да, невеста.
Он судорожно сглотнул.
Я всегда думал, что буду верен ей… Все эти десять лет я хранил ей верность, носил в с собой ее фотографию как память… — адмирал вытащил из-за ворота кителя маленький кулончик, явно женский по форме, и продемонстрировал девушке, — Думал, она дождется… А вчера выяснил, что нет. И тут… Твой неожиданный поступок…

+2

15

За всё время сбивчивой речи адмирала Берта не двинулась с места и, наверное, даже не пошевелилась. Она не могла поверить своему счастью. Когда человеку что-то не нужно, от этого отказываются сразу. В этом случае она уже ничего не смогла бы поделать, а сейчас напротив, было просто необходимо сделать что-нибудь, чтобы склонить чашу весов в нужную сторону. Кто-то сказал бы, что тут всего лишь случайное стечение обстоятельств, но капитан-то знала, что на самом деле случайностей не бывает. Это совпадение хоть и, несомненно, удачное, но не случайное ни в коей мере. И дальнейшее зависело большей частью от неё.
— Мой поступок?.. – протянула Берта с вопросительной интонацией, желая услышать продолжение, и сама же предположила: — Мой поступок наказан не будет. Потому что мы оба понимаем, что даже я не стала бы так шутить.
Её взгляд остановился на кулоне, который Вульф так и не снял, несмотря на то, что из символа верности он превратился в символ утраты. Настоящего солдата не сломит поражение. Или он просто более не придавал значения этой вещице и носил её лишь по привычке. На фоне многих потерь, что они пережили в последние годы, ещё одна наверняка казалась не такой уж значимой. Так или иначе, сейчас это было несущественно. Достаточно с них потерь.
— Прости. Из-за меня ты сейчас чувствуешь себя неловко, — мягко продолжала Берта. – Знаю, ты привык к чёткому распорядку, когда есть время всё обдумать и собрать недостающие сведения. Я всегда поддерживала эту стабильность, а сегодня сама же нарушила её. Но ведь и тебе прекрасно известно, что иногда противник действует неожиданно, самое важное открывается в последний момент и необходимо принимать решения мгновенно.
Она протянула руку, чтобы получше рассмотреть подвеску, но передумала и вместо позабытого украшения пальцы скользнули по запястью Вайлдмана, погладили, обвили, ласково сжали. Одним плавным движением Берта снова оказалась рядом и прижалась губами к гладко выбритой щеке.
— Итак, мой адмирал… — ещё один поцелуй оставил влажный след возле уха. – Разведка донесла, что начальник вашей охраны любит вас не только как сослуживца и командира и это продолжается уже довольно долго. – Непослушные светлые кудри пощекотали его висок, горячее дыхание коснулось шеи. – Узнав о столь вопиющем нарушении устава вам немедленно нужно что-то предпринять!

+2

16

Это нечестно, ты знаешь? — обреченно вздохнул он, словно бы сдаваясь под ее напором, — Я только что расстался со своей мечтой, а ты… ты умело пользуешься этим. Ну… К черту.
С этими словами он перехватил ее руку своей, а другой взял ее за подбородок и притянул к себе. “Будь, что будет” мелькнула быстрая мысль и тут же пропала. Впившись в ее губы своими, Вайлдман простоял так несколько долгих-долгих мгновений, а затем постепенно выпустил девушку. В следующий момент адмирал развернул Микаэлу лицом перед собой и заломил ей руку за спину.
Что-то предпринять? — все так же обреченно спросил он, смиряясь с неизбежным, — Например, что?
Вольф приблизился к ее уху. Даже сейчас он все еще был не уверен в том, чего хочет. Случившееся, равно как и происходящее, уже вышло за рамки дозволенного. А его мысли были разбросаны и слишком хаотичны, чтобы точно определиться. Сейчас он действовал скорее по наитию, чем по здравому смыслу. Быть может, в дальнейшем он и пожалеет о произошедшем. Или все еще происходящем? Вайлдман не знал и не мог сказать точно. Годы ожидания, а потом разочарование от знания что, девчонка, которую ты когда-то любил, и которой ты клялся ждать до последнего, как вновь встретишься...сейчас уже давным-давно была замужем и даже имела детей. Боль от осознания этого сейчас толкала в объятья Микаэлы. Да, он все еще мог остановиться, но хотел ли, желал ли, собирался ли? Ответ был ему известен. Нет, адмирал не хотел останавливаться. Может, это и было эгоистично и чудовищно по отношению к самой Микаэле, но почему бы и нет? Почему бы и не воспользоваться шансом, который ему подсовывала чуть ли не сама судьба. Мол, пользуйся на здоровье, родной, и ни в чем себе не отказывай. Почему он все еще хотел “той самой”, когда здесь под боком была другая. Другая, которая тоже ждала. И не абы кого, а его. И довольно долго. Вольф грустно вздохнул, расставаясь со старыми надеждами, планами и мечтами. Для него уже не оставалось места в жизни той женщины, но может быть, в жизни этой найдется местечко?
Смотри, не пожалей об этом, — посулил он, наклоняясь вперед и шепча эти слова ей на ушко, — Не обожгись и не пожалей потом о том, что случилось.

+2

17

Волна жара прокатилась по всему телу и сердце набатом застучало в ушах. Её адмирал поцеловал её. Сам. И пусть в этом поцелуе было немало горечи, но и страсти там тоже было изрядно. А если нет, и капитан выдавала желаемое за действительное, то тоже ничего. Того, что есть у неё, с лихвой хватит на них обоих. И меньше всего Берта сейчас думала о честности своего поступка. Пусть это будет бесчестно и, может быть, даже преступно, но как же хорошо.
Она никогда не представляла себе, каковы на вкус его губы, боялась, что если начнёт думать об этом, то уже не сможет остановиться. Но сейчас с уверенностью можно было сказать, что сбылась самая заветная её мечта. Такая внезапность обескураживала. Но лишь на несколько мгновений. Поцелуй прервался и в следующую секунду ошалевшая Берта оказалась прижата спиной к своему адмиралу. Он тоже был горячий и хотя в голосе ещё не чувствовалось твёрдости, но она чувствовалась ниже. Похоже, Вульф ещё не решил, что сделает с ней, но уже понял, что что-нибудь сделает наверняка.
В ушах зазвенело и Берта внезапно осознала, что не дышит. Она шумно выдохнула всё, что было в лёгких, и вместе с тем у неё в голове будто открылась некая заслонка. Всё, о чём капитан годами запрещала себе думать, внезапно обрушилось на неё и едва не вырвало из реальности. Ох, сколько же всего там было. Такого, что Вульф мог бы сделать с ней, и такого, что хотела бы сделать с ним она. Того, что можно было делать только вместе.
Берта внезапно осознала, что для неё вариантов больше не осталось: она будет с ним или не будет вообще. Потому что если все их "неуставные отношения" ограничатся только сегодняшним вечером, то она просто не выдержит напора всех этих мыслей. Нет, их обязательно нужно воплотить. Не все сразу и не сию минуту, но нужно. Можно сказать, просто необходимо хотя бы знать наверняка, что у неё есть такая возможность. А иначе незачем жить.
И всё вдруг стало так легко, понятно и просто. Не обращая внимания на протест натянутых мышц вывернутой руки, Берта доверчиво отклонилась назад и положила голову Вайлдману на плечо.
— Разве тут можно о чём-то сожалеть? – глаза Элы лихорадочно блестели. – Если только о том, что боль от ожогов со временем проходит. Я бы с радостью сгорела с тобой дотла.

Отредактировано Berta (2019-07-25 16:59:27)

+2

18

Странный сон снился Вайлдману. Будто бы он раньше срока вернулся домой. Вот он шагает по через старое поле к родовому поместью, где много-много лет назад он оставил отчий дом, направившись служить Империи. Шагая по старым полузабытым местам, он испытывал острое чувство ностальгии, словно действительно вернулся домой. Сложно было сказать, что больше задевало его сердце. Или эта старая тропинка, по которой он с братьями в детстве любил бегать на ближайшую ферму, где был огромный амбар. Там они частенько играли в прятки, и почему-то Вольфу больше всех нравилось прятаться. Этот пыльный амбар будто дышал стариной, отсылая к далеким временам, когда люди еще вручную косили сено и запасали его. А может это была старая запруда, устроенная бобрами, которых уже и в живых-то давным-давно не было. Или старый дуб… Ох, этот дуб Вайлдман любил, ведь он был столь огромным, что по нему было удобно лазать. Еще маленьким мальчиком он любил забираться в самую высь, где подолгу смотрел вдаль, словно бы желая достичь диковинных земель. А еще там он познакомился со своей будущей возлюбленной. И там же они дали друг другу детское обещание всегда быть вместе. Всегда и везде. На пороге дома его встречали уже успевшие изрядно постареть родители. Странно, казалось бы, их уже давно не было в живых, ан нет, вот они тут. Их улыбка согрела сердце Вайлдмана. Что еще страннее, здесь же он увидел и своих двоих братьев, Вильгельма и Франца. Что-то совсем невразумительное, поскольку Вольф прекрасно помнил, что первый погиб при взрыве первой Звезды Смерти, а второй… Второй погиб, защищая Императорский дворец на Корусканте. А еще здесь была маленькая Анечка. Ну как маленькая… Вполне себе уже взрослая девушка лет двадцати пяти. Вот ее Вольф так и не смог найти. Ее следы потерялись в истории, когда Корулаг присоединился к повстанцам. Ходили слухи, что якобы местные ставленники тут же стали расправляться с семьями имперских офицеров. Но Вайлдман так и не смог выяснить это наверняка. Скрипнула дверь, и из дома вышла… его бывшая суженая. Адмирал ахнул и чуть не схватился за сердце. Чувства, испытываемые им, нельзя было передать словами. Это уже была не ностальгия, а грусть, тоска, печаль по исчезнувшему, ушедшему в прошлое.
Мейн гот! Моя Даниэлла... — простонал во сне Вольф. Еще несколько мгновений, и он начал просыпаться от этого странного сна. разлепив глаза, Приподнявшись на локтях, он попытался спросонья понять, что происходит. Первым, что бросилось в глаза, это сидящая на кровати рядом девушка.
Микаэла? Что... Происходит? — спросил Вольф, смутно вспоминая детали вчерашней ночи.

+2

19

— С пробуждением, мой адмирал, — посмеиваясь, Берта перекатилась и улеглась прямо на ноги Вульфа.
Утро на космическом корабле понятие относительное. "Тиамат" не спала никогда и люди на ней подчинялись внутреннему распорядку, делившему жизнь на четыре вахты по шесть часов каждая. И зачастую те, чьё дежурство выпадало на день, никогда не видели ночную смену, так же как и утренние дежурные не встречались с вечерними.
Лишь у небольшой части экипажа рабочий день был круглосуточным. Если возникала необходимость, их могли выдернуть из постели, столовой, да хоть из сортира, и Берта с Вайлдманом как раз относились к таким незаменимым людям. Но, тем не менее, биологические ритмы не обманешь и время на корабле считали стандартными двадцатичетырёхчасовыми сутками. Через полчаса должна была начаться утренняя вахта, то есть была половина шестого утра, о чём Вайлдману немедленно и сообщили.
Чужое имя, сорвавшееся с его губ, больно оцарапало душу. Но Берту ранили не в первый раз и она приняла это, как должное. На войне как на войне. Чудеса, когда всё меняется за одну ночь, случаются только в сказках, а в реальности прошло ещё слишком мало времени, чтобы Вульф до конца отпустил прошлое, и она понимала это. Ничего-ничего, совсем скоро адмирал позабудет об этой Даниэлле, кем бы та ни была.
— Я подумала, что ты не будешь против небольшой утренней зарядки… или разрядки?..
Отчего-то некоторые считают, что всем мужчинам нравится одно и то же. Берте казалось, что это довольно странное заблуждение, ведь такого попросту не может быть. Да и, откровенно говоря, мужчины вообще её интересовали мало, ведь сейчас капитан была занята лучшим из них. Пришлось потратить немного времени, чтобы узнать его особенности, но в любом случае, это несомненно того стоило, ведь что может быть приятнее, чем небольшие утренние шалости. И можно было с уверенностью утверждать, что заряд бодрости она получила на целый день.
— Доброе утро, — промурлыкала Берта и легко поднялась, освобождая его ноги. – Сейчас я принесу тебе чего-нибудь бодрящего.

+2

20

Мужчина пребывал в некоторой прострации. Не каждый день, знаете ли, ты тут просыпаешься и видишь, в постели девушку. Подобное даже немного пугало.
Эээ… Спасибо, — неуверенно произнес он, глядя на лицо Элы и не зная, что сказать, — Кофе был бы в самый раз. Наверное… Я буду очень признателен. Очень.
Ее внешний вид определенно заводил адмирала, однако Вайлдман волевым решением подавил опасные чувства. “Вставать, вставать и еще раз вставать” молча приказал он сам себе. Спустя несколько долгих мгновений, Вольф пересилил себя, потянулся и сел в кровати, свесив ноги на холодный пол. Приятные ощущения холодили ступни. Чувствовалось, что ночь потрачена не зря. Неловко хихикнув самому себе, адмирал встал и взглядом принялся искать свою одежду. Не то, чтобы он собирался ее одевать, скорее уж в стирку выбросить, но беспорядок себе позволить он не мог. Особенно в присутствии девушки. Убедившись, что вся одежда до последней, даже носки, была найдена и выброшена в корзину для стирки, он принялся ждать девушку. В конце концов, сейчас было только шесть утра, времени еще навалом. Он может позволить себе немного опоздать. Потирая глаза и стремясь изгнать из себя все остатки сна, мужчина направился в санузел, где первым делом оценил свое отражение на предмет излишеств от прошлой ночи. Найдя все удовлетворительным, он принялся умываться холодной водой, пытаясь как можно скорее взбодрить себя. Из головы все еще не шел ночной сон, хотя он уже потихонечку и блек, теряя краски. Однако общую канву Вайлдман все еще помнил. И это сбивало его с толку. Однако долго думать ему было некогда. Во всяком случае не об этом. Да и шаги Микаэлы заставили оторваться его от своего занятия. Вытерев лицо полотенцем, адмирал вышел из санузла. Приняв из рук девушки кофе, он с наслаждением отпил, улыбнувшись счастливой улыбкой.
Что ни говори, а кофе по утрам всегда получается лучшим, — ухмыльнулся он, — Спасибо, Микаэла.
Имея возможность, он еще раз окинул оценивающим взглядом фигуру девушки и одобрительно кивнул.
Вижу, ты очень не любишь терять времени зря. Да и пользоваться моментом умеешь, — вновь ухмыльнулся он. В его голос возвращались бодрость и уверенность. Как во вчерашнем, так и в сегодняшнем дне.

+2


Вы здесь » Star Wars: Frontline » Не актуальное » Потерянные звезды


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно