Администрация


Игрок сезона

Star Wars: Frontline

Объявление

28.06.2021// Добавлены новые скрипты. С полным списком нововведений можно ознакомиться в теме новостей. При возникновении вопросов, жалоб или пожеланий просьба обращаться к Креатору.


01.01.2021// Администрация SWLINE.RU поздравляет всех игроков и гостей с новым годом! Предыдущий год выдался тяжелым и долгим, так что пусть новый будет легче и пройдет удачнее для всех!


29.03.2019// Запрет на ввод неканоничной техники, Осколков и ограничение на прием некоторых персонажей. С подробностями можно ознакомиться в теме правил.


11.08.2018// Пополнение управляющего состава форума, появление кураторов Империи Руки, Осколка Империи и Мандалора. Формальное обновление правил.


08.06.2018// Дополнена тема Силы. Первого июля будет закрыт прием неканоничных видов техники без отыгрыша.


28.04.2018// Внезапное и неожиданное открытие. Также напоминаю, что слева сверху находится флажок смены дизайна. Им можно пользоваться в любое время.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Star Wars: Frontline » Дополнительные события » Вещь, подверженная тлению, исчезает, и сделавший ее умирает с нею


Вещь, подверженная тлению, исчезает, и сделавший ее умирает с нею

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Вещь, подверженная тлению, исчезает, и сделавший ее умирает с нею


Дата
Середина-конец 14 ПБЯ

Участники
Талран Айрисаар, Феникс Фокс

Место и погода
Пракитт, Сектор V


Описание
Как зеленеющие листья на густом дереве – одни спадают, а другие вырастают: так и род от плоти и крови – один умирает, а другой рождается.


Отредактировано Phoenix Fox (2021-07-19 19:58:25)

+1

2

Утро выдалось очень пыльным и пасмурным. По другому в этом месте не бывает, и Фианна, очень недовольная тем обстоятельством, что для получения очередного ящика кредитов ей приходится пробираться в такую глушь, и нашедшая в своей постели россыпь сухого песка, которой хватило бы на целую горсть, с самого утра пребывала в скверном настроении; не таком скверном, которое можно было бы назвать плохим, но и вовсе таки не хорошее, скорее «усредненно-паршивое», когда есть желание просто забраться в горячую ванну и не покидать ее на протяжении следующих суток, пока чертов день не закончится.
Особенно когда речь идет про Пракитт. Большая часть контрабандистов откажется вести сюда груз даже за миллион кредитов. А если и удастся прыгнуть на хвост к кому-то, кто провезет тебя в Глубокое Ядро, то все остальные люди на посадочной площадке дружно снимут шляпы и приложат их к груди в знак солидарности и сострадания, потому что из живых тебя, скорее всего, выпишут заочно, еще до того, как корабль выйдет в открытый космос.
В этом смысле Фианне повезло, но на самом деле не очень. Повезло потому, что ей не нужно прыгать никому на хвост, чтобы попасть сюда, а не очень — потому что это место все еще остается адской дырой, в которой не захочет не то, что жить, но даже находиться ни один здравомыслящий человек со здоровой психикой. Если вас не сведет с ума мрачный пустынный вид ландшафта, влажный душный воздух и регулярные пылевые бури, то готовьтесь круглые сутки пялиться на видную с любого конца города черную башню инквизиторов — огромное черное сооружение, на которое выходит каждое окно каждого дома, как будто безумные конструкторы знали, что именно будет выглядеть хуже всего, и пожелали, чтобы граждане наслаждались их уродливым безвкусным творением до конца своих дней.
К счастью, Фианна работает на местных заправил не из числа сектантов, поэтому в эту башню ей захаживать не приходилось. Всю работу делает Бенни, и ходит на поклон он к властям всего Сектора 5, а не Конституционного Протектората или инквизиторам. Так что у Черной Новы здесь есть кое-какие привилегии, пусть и относительные. Например Фианна забронировала себе номер задолго до визита на Пракитт в одной из самых дорогих гостиниц планеты... Но ее окна все равно выходят на эту чертову башню!
Поднявшись, Фианна направилась в ванну, где закончила все жизненно-необходимые ее радиоактивному телу процедуры, затем наспех приоделась в свое выходное черное кружевное платье и покинула свой номер. За защиту на улице беспокоиться не стоит: местные верзилы трижды подумают, прежде чем напасть на тебя посреди бела утра. Это есть ничто иное, как одна из многих прелестей тирании, при которой власти не нужны ручные нелегальные амбалы для решения своих вопросов, при необходимости за тобой просто пришлют взвод солдат. Однако гуляя по улицам, лисица заметила и негативные черты такоц жизни — все люди поголовно выглядят понурыми и уставшими, с серой кожей и мешками под глазами. Невооруженным взглядом видны проблемы закрытого государства, у которого попросту не хватает еды, витаминов и даже банальных развлечений. В этот момент Фианна подумала о том, чтобы открыть для местных свое казино на Черной Нове, но, увы, ее тут же арестуют, потому что она забыла за три месяца наперед записаться в очередь на получение разрешения на разрешение.
У империи, безусловно, есть свои жирные минусы.
Придя в ближайшую пыльную кантину возле гостиницы, она уселась на барный стул и заказала эль. Рядом с ней прыгнул ее первый помощник, который, на самом деле, по факту и является командиром Новы, так как у Фианны нет особых капитанских навыков.
— Мучает бессонница, да?
Хриплый голос виквая не задел женщину, уже занявшую все свое внимание употреблением содержимого стальной жесткой пинты.
— Нашла в кровати песок. — Она ответила коротко. — Порой мне кажется, что мы работаем не на тех ребят.
— Мы работаем на людей с деньгами, — поправил ее виквай.
— Как будто у нас их мало... Нет, их много. У нас их так много, что я могу пойти на попятную прямо сейчас. До конца жизни... Продавать пиратские копии музыкальных альбомов. Или типа того.
— Бенни вчера слег в клинику. Живот болит, говорит, очень. Взял тридцать тысяч из сейфа и пошел в сторону какой-то местной частной клиники.
— Какой дорогой живот, — прокомментировала Фианна.
— Какой дорогой бордель, — ответил здоровяк. — Странно, что там вообще принимают республиканские кредиты.
— До кого-то дошло, что никакие местные валюты не покроют расходы на ресурсы, если ты не хатт. Долго они думали.
— У вас на Алтирии принимают кредиты?
— У нас принимали ауродиевые монеты, — она усмехнулась. — Потом пришли, — обвела рукой с бокалом вокруг себя, — забрали наше золото и накормили нас имперскими кредитами. Ребят взяли на крючок и они его заглотили, несчастные.
— А после войны?
— А там уже имперцы дружно сьехали из этого ада, и в качестве денег мы стали использовать антирад-пилюли, табак, алкоголь, семена, одежду, кислород... Но в основном пилюли. С ними можно было заделывать бреши в бункере. Не заделаешь вовремя — изолируют весь блок вместе с тобой и утечкой.
— Извини, я не думал, что все так плохо.
— Все плохо здесь, а там все просто никак, — она отмахнулась. — Набери Тощего. Если он реально спустит тридцатник на девок, то спусти его голым в выгребную яму.
Виквай удивился.
— Что, прямо...
— Ты набирай давай.
И он стал набирать. Ни одна частота Бенни, ни основная, ни резервная, не отвечала. Закончив с пинтой, Фианна обеспокоенно покосилась на своего первого помощника. Ее сердце на секунду замерло в ожидании ответа с другой стороны, но его не последовало. Ни сейчас, ни через две минуты.

+3

3

Утро выдалось отвратительным. Таким же отвратительным, как слюнявое рыло страдающего от запора гаммореанца. И отвратительным оно было не потому, что у Талрана с самого момента пробуждения барахлил искусственный глаз, или даже не из-за тревожных снов, в которых присутствовали чешуйчатые хвосты, острые когти и клыки.
Нет, утро инквизитора всегда начинается с плохого настроения, потому что другое настроение для него просто невозможно. Скорее Галактика съёжится и превратится в крошечный аномальный кусок ничего, чем этот киффар искренне чему-то обрадуется. Талран Айрисаар, наверное, самый  угрюмый, злопамятный, склонный к садистким наклонностям и называющий сие тягой к исследованиям возможностей живых организмов учёный-мистик на всем Праките. Ведь никто не наречет тебя садистом, если ты обратишь акт садизма в научный эксперимент, не так ли?
Время, — коротко бросил Талран, скрупулёзно изучая свой лик в зеркале, стоя в ванной комнате своей подземной лаборатории в Прак-сити.
Семь тридцать, сэр! Вы сама пунктуальность! – лишенным каких-либо «человеческих» эмоций, но тем не менее угодливо, как для машины, пропел идеальной круглой формы дроид-парикмахер, состоящий из сплошных ножниц, лезвий, и прочих приспособлений для работы цирюльника. Сейчас механизм занимался тем, что аккуратно удалял каждый волосок на лице и черепушке киффара под неотрывным присмотром тяжёлого взгляда инквизитора, обещающего страшную расправу, если маленький умелец ошибется хоть раз и его создатель почувствует себя некомфортно. И, как часто бывает в такие моменты, дроид допустил-таки оплошность – одно из его лезвий коснулось кожи на лице хозяина чуть сильнее, чем следовало, уголок губы угрюмого мужчины дернулся. Отражения дроида и его создателя в зеркале встретились взглядами и несколько секунд в ванной комнате стояла гнетущая тишина. Затем, поняв, что его не собираются прямо сейчас отправлять на переплавку, незадачливый парикмахер осторожно продолжил выполнять свою задачу. Когда он закончил, Талран сказал с особым удовольствием:
Утиль ждёт тебя.
Дроид печально отправился вон из ванной в свой последний путь, оставив киффара одного. Дроид знал, что его ждёт за оплошность, ведь ошибка машины – ошибка создателя, а для учёного уровня Талрана это серьёзный удар по гордости. Да, этот примитивный механизм не участвует в важных изысканиях, не состоит в штате клиники, его роль незначительна. Но если Талран ошибся в калибровке какого-то цирюльника, как он может называть себя лучшим учёным Галактики?
Всё верно. Талран Айрисаар самый злопамятный, гордый, педантичный и склонный возводить всё в идеал — даже мелочи типа калибровки точности в работе манипуляторов дроида-парихмахера, инквизитор на Праките.
На выходе из уборной учёного встретил робот уже гуманоидного строения тела, держащий в руках нижнюю одежду, которую инквизитор всегда одевал под броню или мантию. Хотя, одеждой это назвать сложно, так — не стесняющее движений трико.
Приведя себя в порядок (не забыв убедиться, что на мантии нет ни пылинки), инквизитор сел в услужливо подплывшее к нему кресло на репульсорах, которое доставило его к столу, где своего часа дожидался завтрак. Встроенный в стол терминал связи,  связанный с поваром (тоже дроидом) перечислил все блюда, что отведает сейчас киффар, и тот уже потянул в рот первое угощение, как вдруг в голове его зазвучал сигнал вызова.
Да, Рейна? – спокойно спросил инквизитор, не спеша есть. Он мог говорить и беззвучно, употребляя в то же время пищу, но педант внутри Талрана терпеть не мог совмещать несколько дел одновременно. И с ним стоило считаться. 
Мастер, у нас срочный заказ жизненной важности, — проворковала тви'лека соблазнительным томным голосом.
Талран помолчал. Киффар давно привык к голосу своего первого творения из числа кукол, но порой учёный начинал задаваться вопросом, а каково посетителям клиники слушать её сладкие речи? Наверное, скорее приятно, чем дискомфортно. Хотя такой голос не очень подходит образу исполнительного директора био-механической клиники, что впрочем, не отменяет её общей эффективности.
Нужна моя помощь? – осведомился Талран, уже зная, каким будет ответ.
Если мы не хотим потерять нашего клиента, — подтвердила репликант.
Успев схватить со стола несколько экзотических фруктов, учёный направился к лифту, что связывал лабораторию с самой клиникой. Он миновал двоих тёмных пехотинцев, стоящих неподвижно у подъёмного механизма, и поднялся наверх.
Когда инквизитор ступил в помещения своего предприятия, на тот момент он уже знал всё, что нужно знать об их госте и его проблеме. Знал благодаря связи, что объединяла его нейро-имплант с процессорами его же машин. Хотя эта связь у него конкретно с Рейной всё же была много лучше, чем с другими проектами, в силу специфики роли тви'леки.
Талран прошёл мимо комнаты с экспонатами протезов, мимо караульной, где подзаряжались после своей вахты тёмные пехотинцы, миновал приёмную, и наконец остановился у операционной. Дроид-санитар у дверей молча передал Талрану инфочип, который тот не мудрствуя лукаво, напрямую подключил к разъёму в своей шее. Данные о состоянии пациента хлынули в его голову, киффар пожевал губами, вернув инфочип.
Дело серьёзное, — пробормотал инквизитор, заходя в операционную. Рейна правильно сделала, что позвала хозяина. У лежащего без сознания на операционном столе мужчины, некоего Билли, была проблема – неоперируемая опухоль в кишечнике. Не смертельная, если правильно лечить, но ключевое слово здесь именно "если". Глупый человек не проходил курса лечения, и теперь Талрану придётся сделать то, что делать в обычной ситуации не стоит и пытаться – оперировать. Но не при помощи науки, а Силы. По большей части Силы.
Мужчину подключили к различным приборам, на экранах которых можно было увидеть его внутренний мир. Буквально. Инквизитор тоже подключился к приборам, став с ними одним целым. Он видел, чувствовал каждую клетку в организме пациента, благодаря тому, что вся информация о состоянии тела клиента напрямую поступала в его мозг через нейро-имплант. А вот и она, опухоль — словно огромная чёрная дыра, становящаяся с каждым мгновением всё больше и уверенно поглощающая внутренности несчастного Билли. Его состояние было катастрофичным.
Надо будет запросить цену повыше, — подумал Талран не столько для себя, сколько для Рейны, работа с финансами которой в клинике составляла большую часть её работы.
Став единым с внутренним миром Билли через медицинские приборы и токи живой Силы, текущие внутри каждого организма, Талран начал планомерное уничтожение опухоли жизненными ресурсами самого Билли, собрав и активизировав регенеративные клетки вокруг поврежденной зоны, позволив тем самым многократно усиленному иммунитету человека одолеть недуг.

***

Поздравляю вас с удачной операцией, мастер, — чувственные губы тви'леки сложились в обворожительную улыбку, после чего она протянула Талрану стакан с сидром.
Киффар, приходящий в себя после лечения опухоли о двух ногах в комнате отдыха, принял подношение со своей фирменной кривой усмешкой, и ничего не говоря опрокинул содержимое в пересохшую глотку.
Как там мистер Билли? – устало проскрипел инквизитор.
Жив и здоров. Бежит к своим радостный.
Правда? Ты ведь содрала с него по полной? – не поверил киффар, не понимая, с чего бы ободранному как липка идиоту предаваться счастью.
Конечно – оскорбилась Рейна, — да и чего ему не радоваться? Вы ведь спасли ему жизнь!
Талран фыркнул, откинувшись на диване. Жизнь органиков ничего не стоит. Если, конечно, они не владеют Силой. Если бы не Сила, учёный киффар бы уже давно вырвал свои внутренности, заменив их механическими компонентами. Однако этим он бы лишил себя половины своего потенциала.
Есть ещё кое-что, — заметила реплика несколько секунд спустя, — наш клиент не рядовой гражданин…
Ну это я уже понял, — вставил Талран, — чернь так просто с кредитами не расстаётся.
Да, мастер. Он связной между кораблём корсаров и лично Цинзеро Ганном. И они умеют находить разные вещи.
Страдальчески простонав: «ох, мои кости», инквизитор выпрямился, устремив на тви'леку вопросительный взгляд из под кустистых бровей:
Разные вещи?
Разные вещи.
Они оба подумали об одном и том же. Буквально. Ведь они были связаны невидимой цепью. Цепью, которая связывает творца с его творением.
Как думаешь, они смогут раздобыть нам ЭТИ детали? – спросил учёный у дроида. 
Мне позвонить им? – Рейна очень по-человечески вскинула бровь.
Да. Скажи, что меня интересует одна вещь… она называется дроид-репликант Фарнаксиса.
Как пожелаете.

Отредактировано Talran Airisaar (Вчера 21:54:46)

+1


Вы здесь » Star Wars: Frontline » Дополнительные события » Вещь, подверженная тлению, исчезает, и сделавший ее умирает с нею


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно